Особо крупные отростки наконец пробились сквозь каменную породу утёса и вылезли на поверхность, оплетая главный чертог Пайка. Такого конструкция крепости уже не вынесла. Утёс словно надломился, разделившись на несколько частей, после чего его останки полетели вниз, унося с собой ни одну сотню людей, а также жизнь самопровозглашённого короля Железных островов. С небольшим опозданием вслед за главной башней полетели и остальные, а впечатляющая конструкция древнего строения превратилось не просто в руины, а исчезла в морской пучине, оставляя после себя только вид на скалистый берег, которых на острове было в избытке. Создавалось ощущение, что в этом месте никогда и ничего не было. Только начавшийся разрушаться за неимением опоры каменный мост являлся недолгим свидетелем былого величия железнорождённых.
Камень под ногами короля и его свиты задрожал и всё же Гарденер не собирался оканчивать свой жизненный путь на такой впечатляющей, но бесславной ноте. Небольшие остатки древесных корней, которым удалось уцелеть и не упасть в море, укрепили арку разрушающегося моста снаружи и изнутри, став частью конструкции и природными опорами. Теперь путь к Пайку, что исчез с лица земли, стал не более чем символом о пути в некуда, куда так долго стремились попасть островитяне, не желавшие менять свои устои и традиции. Что ж, то был их выбор, но за каждым выбором следуют последствия, а мир не крутится вокруг наглецов, что и в грош не ставят иные народы.
- Как я и сказал – это конец. – слегка пошатываясь, поднялся Гарденер смотря на пустое место, где ещё минуту назад высился Пайк. В глазах просторского короля поплыло и верный Лин Корбрей поспешил стать тому опорой. – Спасибо, Лин, но лучше принеси мне воды. Сам знаешь какой. – произнёс Эдмунд опираясь о плечо друга. Дыхание мужчины сбилось, но никто из присутствующих теперь точно не сможет упрекнуть его в слабости. Пожалуй, после такого любой лорд Простора или же обычный воин дважды подумает перед тем, как менять сторону в случае чего.
- Конечно, ваше величество. – кивнул Корбрей одному из Рыцарей Грааля и уже через пару секунд к губам Гарденера поднесли флягу со святой водой, что должна был хоть немного восполнить силы и залечить возникшие ранения, навроде внутренних и внешних кровотечений.
- Это невозможно. Невозможно. – шокировано произнесла Аша Грейджой, уже давно перестав сопротивляться тем, кто её пленил. Взгляд девушки судорожно метался, пытаясь найти родовой замок, но всё было тщетно. Оставалось только поверить в происходящее, но разум отказывался делать это до последнего. – Человек не может быть способен на это. Да, кто ты такой? – перевела она взгляд на Эдмунда – виновника всех бед. Хоть король Простора и был практически иссушён и ослаблен своим деянием, но он не мог позволить себе ударить в грязь лицом, а потому расправил плечи и прошёл вперёд, оказываясь на расстоянии в нескольких шагах от дочери бывшего лорда-жнеца Пайка.
- Я – король Простора, законный и полноправный, тот кого вы посмели оскорбить и ограбить. И сегодня, именем Семерых, я положу конец вашему мерзкому укладу. – отвернулся от девушки Эдмунд, после чего обратился к своему главному военачальнику. – Лорд Рендилл, выведите остальных пленников. – отдал приказание Гарденер и Красный Охотник без лишних слов повиновался ему.
Трудно было найти того, кто не был впечатлён произошедшим, и Тарли не стал исключением. Сейчас в его глазах король Простора превратился не просто в достойного сюзерена, а в сюзерена, которого ни в коем случае не стоило злить или перечить. Для своего же блага, конечно. Драконы, ха! Лорд Рогового холма никогда не видал этих огнедышащих ящериц в живую, но случившееся было не менее эффектным, а где-то и поболее. На глазах мужчины свершилось невозможное. Конфликт за конфликтом, но Эдмунд выходил победителем, обладая силой недоступной простым смертным. С такой силой стоило считаться, особенно после того, как на его глазах стены любой крепости превратились в бесполезную каменную насыпь и ничего более.
- Вывести всех! – зычно крикнул Тарли и застывшая в трепетном молчании толпа просторцев словно ожила. На короля смотрели, как на воплощение легендарного Гарта Зеленорукого. И всё же прерывать молчание никто не торопился. Быть может позже армия взорвётся обсуждениями увиденного, но сейчас первостепенным был приказ не столько Красного Охотника, сколько короля, живой легенды в их глазах.
