По сути, это был тупик, грозивший андалам пирровой победой, если бы не универсальность воинских подразделений и точный расчёт короля. Появление небольшой, но мобильной флотилии под командованием сира Давоса Сиворта заставляло полностью пересмотреть итоги этого сражения. Впрочем, железнорождённые могли бы легко перестроиться, среагировав на новую для себя угрозу. Однако в любом случае обстрел берега оказался бы прекращен. Да только вот незадача. Драконобои никогда не задумывались орудием на один единственный, но очень важный раз.
- Забавно, да? Хотя сейчас давай им второе название. – с наслаждением наблюдал Эдмунд за тем, как огромная стрела летит практически по прямой траектории и попадает в борт одного из суден, чтобы практически полностью разворошить его, превращая в бесполезную кучу никому ненужных досок. – А всего-то и нужно было, что слегка подправить принцип изготовления. – не столько для Эурона, сколько для самого себя произнёс Гарденер, припоминая объяснения молодого Сэмвелла Тарли. На самом же деле принцип облегчённых снарядов был ровно тот же, просто в процессе кровь дракона не фигурировала, а вместо неё была смесь буйнороста с нарушением целостности конструкции в момент попадания. Дешево, просто и сердито. Что тут ещё сказать?
- Отлично сыграно, Гарденер. Просто отлично. – впервые с момента их встречи искренне нахмурился Вороний Глаз, наблюдая за тем, как его флотилия редеет с каждым попаданием. Хватало всего одного, чтобы пустить судно на дно, так что представить состояние железнорождённого было довольно просто. К тому же здесь появился и Давос, что предостерёг все попытки врагов к бегству, устроив импровизированную, но эффективную блокаду.
- Без твоего согласия я бы ни за что не смог это провернуть, Грейджой. Так что это твоё, а не моё поражение. – направил мощную магическую волну в землю король, вновь заставляя противника обернуться, но уже в сторону суши, а не моря.
Под влиянием силы избранника Семерых практически весь крутой спуск с возвышающегося холма превратился в пологий нестандартного вида природный мост. Теперь прямой путь к окровавленному и шумному берегу был открыт не только кавалерии. Нет, теперь к месту сражения беспрепятственно спускалось многотысячное андальское воинство, начисто умерщвляя любые надежды врага на спасение или тем более победу. Позади же всего этого воинства грозно возвышались окованные в броню элефанты, готовые в любой момент сбросить всё, что угодно и когда угодно обратно в море. Это был конец. Абсолютный и бесповоротный.
- Радуйся, Грейджой. Перед своей смертью ты увидел войско твоим глазам совершенно непредназначенное. Собранное не для войн с людьми, но с чем-то гораздо более грозным, чем ты когда-либо был или смог бы стать. – словно апофеозом всей этой картины, как будто высился андальский монарх. Живой мертвец и божий избранник. – А теперь бери своё оружие. – без всяких затей пнул к ногам Эурона его потерянный клинок Гарденер. – И будь так добр сдохнуть достойно. На нас сейчас смотрит свет человеческий. – бесшумно извлёк Белую Длань из своих ножен король, занимая довольно открытую, но вместе с тем мастерскую стойку.
- Забавно, а я ведь действительно считал, что поймал удачу за хвост, когда выгорело дело с драконом. Вот только дома ждал монстр куда опаснее. – поднял клинок с земли Грейджой, в последний раз усмехаясь перед лицом своего врага. Только вот ухмылка в этот раз получилось кривой.
Два лидера своих народов сошлись в первом и последнем бою. Эдмунд мог бы легко покончить со всем одним лишь усилием воли, но баллад и песен от этого не напишут. Давно он не брался за меч, очень давно. Ведь раньше у него всегда был клинок более достойный нежели холодная пускай и магическая железка. Теперь же правильным было применить полученные от почившего друга знания на практике. Да и сама эта практики в преддверии северного похода совсем не помешает.
Эурон решился атаковать монарха первым, прекрасно понимая, что сам он первого удара попросту не выдержит. Сломается пополам скорее всего. А потому единственным для него решением было брать скоростью и ловкостью, стремительностью движений. Тем более, что вражеская броня была куда тяжелей, чем его собственная, да и явно сковывала часть движений. Всё, что требовалось, так это сделать парочку ложных выпадов, его любимых, а после нанести точный и резки удар в сочленение доспехов, прямо в сердце. Проще и не придумаешь.
А впрочем, Грейджою следовало бы забыть о том, что дело он имеет не с обычным человеком. Эдмунд читал его, как открытую книгу. Ни одного лишнего движения. Хладнокровие и абсолюное спокойствие были его спутниками. И каждое движение. Каждый удар железнорождённого уходил либо в молоко, либо бескомпромиссно блокировался. Себе же позволить нечто подобное Вороний Глаз никак не мог. Мужчина понимал – один пропущенный удар равнялся верной смерти.
