— В «Сидней геральд», если женщина выходит замуж, ее увольняют, — сказал Адам. — Такова политика газеты. Диана — единственное исключение, потому что ее слишком трудно заменить.
— Я не планирую выходить замуж, — уверенно произнесла я и подумала, что будет, если они узнают о Дмитрии. Кии в «Сидней геральд» относятся к брошенным женам?
Адам улыбнулся.
— В таком случае у тебя прекрасные перспективы для продвижения по службе, потому что, по-моему, все одинокие девушки, которые будут стоять над тобой, заняты поисками спутником жизни.
— Ясно, — ответила я.
Мы стали в очередь у лифта.
— Есть еще кое-что. — Адам улыбнулся.
— Неужели? — спросила я, не зная, хватит ли у меня сил вы слушать еще что-либо.
— Ты станешь первым «новым австралийцем», принятым на работу в женский раздел «Сидней геральд».
Я почувствовала, как дрожь волной прошла от шеи до самых пяток. На ум пришло воспоминание о компании девушек, которые смеялись над моим акцентом в кафе Бетти.
— Ты хочешь сказать, что мне нужно быть готовой?
— Нет, — засмеялся он и похлопал меня по плечу. — Я хочу сказать: «Поздравляю!»
Я приняла предложение Дианы Грэй работать в редакции женского раздела газеты «Сидней геральд» и приступила к работе на следующий день. Кроме Каролины и Энн, бледной девушки, которая носила волосы, туго стянув их в тугой хвостик на затылке, в редакции работали Джойс, секретарша Дианы, и три журналистки: Сюзанна, Пегги и Ребекка. У Дианы был личный кабинет, но двери в него обычно были нараспашку. Каролина и Энн всегда закрывали дверь в свой кабинет, поэтому, чтобы решить, можно ли к ним войти, мне приходилось сначала какое-то время наблюдать за ними через стеклянные панели. Энн большую часть времени была занята рассматриванием фотографий, а Каролина почти все время сплетничала по телефону, что было основной частью ее работы.
В мои обязанности входило записывать мелом на специальной доске список намечающихся на неделе событий и сообщать, кому именно Диана давала задание освещать их. В число интересующих мае событий входило все, начиная от великосветских свадеб, торжественных ужинов, балов, прибытий и отправлений океанских лайнеров и заканчивая матчами по теннису и поло. Чаще всего на них посылали младших журналисток, Диана и Каролина посещали только очень важные или самые шикарные мероприятия.
Ежедневно я должна была не только докладывать редакторам о достойных внимания событиях, разбирать почту и делать чай для сотрудников, но и отправлять заказчикам выкройки вещей, о которых писалось в нашем разделе, сортировать рецепты, присланные читателями для рубрики «Что приготовить?».
Адам довольно точно описал расстановку сил в коллективе, и через месяц после начала работы, когда мы в честь дня рождения Дианы вместе отправились пообедать, я смогла понять, какое место в нем занимаю я.
Любимый ресторан Дианы назывался «Романос». Этот роскошный ресторан принадлежал рыжеволосому итальянцу по имени Аццалин Романо. Здесь была танцевальная площадка, а воздух освежался кондиционерами. Все стены были увешаны зеркалами, всюду стояли вазы с орхидеями. При виде Дианы, постоянной посетительницы, официант расплылся в улыбке, Рассаживая нас, он бросил оценивающий взгляд на черно-белое платье, которое подарила мне Джудит, и посадил меня рядом с Дианой, так что напротив меня оказалась Каролина, а с правой стороны Энн. Джойс и журналисток он рассадил, определив на глаз их возраст. Столы здесь были круглые, поэтому для беседы порядок занимаемых нами мест не имел большого значения, но Каролина так многозначительно посмотрела на официанта, что я уже собралась предложить ей поменяться местами, но мне на руку легла ладонь Дианы.
— Тебе понравится, как здесь готовят, — сказала она. — «Романос» знаменит своими соусами. Заказывай, что тебе хочется, — сегодня плачу я.
К своему удивлению, я заметила, что Энн, похоже, вовсе не беспокоило, кто где сидел. Впрочем, ей досталось самое удобное место, с которого можно было рассмотреть остальных посетителей ресторана.
— Смотрите-ка! — воскликнула она. — Мисс Кэтрин Мур и мисс Сара Дэнисон обедают вместе. Мисс Мур сейчас, наверное, утешает подругу после разрыва ее помолвки со старшим сыном сэра Морли.
После горячего Энн даже стала обращаться ко мне.
— Что ты думаешь о развороте, посвященном весенней моде? — поинтересовалась она.
— Превосходно. С Диором не прогадаешь.
По тому, как она опустила глаза, мне стало понятно, что ей это было приятно слышать.
— Завтра я в порту встречаю «Гимилайю», хочу взять интервью у мисс Джоан Поттер и мисс Эдвины Пейдж. Они полгода пробыли в Париже и Лондоне и наверняка везут оттуда новую красивую одежду.
Она разговаривала со мной лишь потому, что я была для нее новым человеком, на которого мог произвести впечатление ее рассказ, но я все равно внимательно слушала. Во всяком случае, она разговаривала со мной, чего никогда не делала Каролина. Обычно, отдавая мне какие-нибудь бумаги или протягивая руку за чашкой чая, которую я приносила ей, она смотрела поверх моей головы.
