Белая как снег полностью

Снова выглянув в окно, Сюсанне отвела лицо, увидев, как мимо проезжает неизвестная машина. Теперь еще это. Как будто ей больше не о чем сейчас думать. Рубен? Из дома в центре улицы? Сын Яна-Отто и Вибеке? Убит? На поле? Господи. Какой кошмар. Этого не может быть. В это невозможно поверить. Даже несмотря на то, что вся страна говорила только об этом. По радио, когда она готовила завтрак. В местной газете, которую она взяла с лестницы, когда выпускала гулять кота. По всем радиостанциям в машине, пока она отвозила Нуру в детский сад, и позже по дороге в Лиллестрём в свой магазин, чтобы открыть его. На экранах телевизоров, которые рядами стояли на витрине соседнего магазина. Обычно там показывали умилительные программы о природе или музыкальные клипы, но теперь сплошные спецвыпуски новостей. Весь день. И на NRK, и на TV2. Главные события в репортажах журналистов с серьезными лицами над микрофонами с бегущей строкой большими буквами. ПОСЛЕДНИЕ НОВОСТИ. ПОЛИЦИЯ СООБЩИЛА ИМЕНА УБИТЫХ МАЛЬЧИКОВ. Просто некуда было деться от этого. Знакомые лица, важные люди. Полицейский в узкой униформе. Министр юстиции. Это же он, да? Похожий на крысу? В киоске за углом, где она обедала и купила сигареты. Во всех таблоидах кричащие заголовки. ПОДОЗРЕВАЕМЫХ НЕТ. СТРАНА СКОРБИТ. Словно война началась. Словно вся нация потеряла этих двух мальчиков. Люди в очереди в магазине шепчутся, сплетничают. А ты слышал, что мать одного из них уехала в Испанию? Оставив сына одного дома. Так говорят, да. Что? Нет, вроде соседи, но они не поняли, в какие даты. Откуда вообще берутся такие люди? Ну понятное дело, в бараках. Что? Нет, понятия не имею, что это за мальчик. Но Рубена-то мы знаем. Ты что, не знала? Моя Анита учится в параллельном классе. Он даже как-то был у нас в гостях. Красивый мальчик. Веснушки, светлые волосы. Как ангелочек.

Задвинув шторы, Сюсанне Вал Педерсен посмотрела на часы на стене. Пятнадцать минут десятого. Она только что уложила спать Нуру. Снова одна. Малышка спрашивала, где он, конечно, бедняжка. Где папа? Я хочу, чтобы он почитал мне. «Очень голодную гусеницу». Нет, мама, ты не читай, я хочу, чтобы папа почитал. Пришлось петь в два раза дольше, чтобы дочка уснула. Сюсанне перестала звонить ему – он все равно не брал трубку. В последний раз она видела его… кажется, вчера вечером? Или в воскресенье утром? Ну, не видела, а только слышала, как дверь открылась. Она лежала в кровати и не спала, надеясь, что он придет в спальню, ляжет рядом, обнимет ее как раньше, и все это закончится. Что происходит? Нет, к ней он не пошел, тяжелыми шагами поднялся по лестнице в комнату для гостей. И задолго до обычного времени подъема послышались шаги вниз, а она так и не уснула. Хлопок входной двери. Завел машину и уехал.

Куда же она дела свои таблетки?