Стул немного поднялся, но этого оказалось достаточным для того, чтобы ноги Ника оторвались от пола. Прозвучал гонг. Кресло завертелось по часовой стрелке. Прямо как в «Что? Где? Когда?», пришла в голову Ника мысль: они знатоки, а я волчок. Осталось дождаться настоящего волка. Кресло остановилось, и Ник оказался практически лицом к лицу с одной из женщин из серебряного сектора. Как получилось так, что расстояние между ними исчезло, Ник не знал, но задумываться об этом ему было некогда. Прозвучал первый вопрос:
– Дважды два четыре?
– Да, – на автомате ответил Ник. Стул закрутился снова. Следующим оказался Ридеркот:
– Мировой рекорд в прыжках в сторону?
– А бывают такие соревнования? – удивился Ник.
Ещё одно вращение стула. Снова женщина:
– Что волшебного в цветике-семицветике?
– Лепестки.
Ещё один виток стула. Мужчина:
– Когда лучше всего ходить в гости?
– С утра, – вспомнил Винни-Пуха Ник. Вопросы какие-то дурацкие. Какое отношение имеет Винни-Пух к поступлению в УниверМаГ?
Женщина:
– Кто такая Алиса?
– Лиса.
Мужчина:
– Как далеко может плюнуть верблюд?
– От трёх до семи метров, – почему-то вырвалось у Ника.
Женщина:
– Мороженное это?
– Вкусно, – совершенно искренне ответил Ник.
Мужчина:
– Как люди называют того, кто может превращаться в волка и обратно?
– Оборотень.
Женщина:
– Кто мыл раму?
– Мама, наверное, – сказал Ник.
Мужчина:
– А роза упала на лапу?
– Азора, – это была единственная фраза из тех, что одинаково читаются слева направо и справа налево, которую знал Ник.
Женщина:
– Как зовут крокодила?
– Гена, – других крокодилов Ник не знал.
Мужчина:
– Организованное скопище букв?
– Азбука? – после паузы спросил, а не ответил, Ник4.
Ник устал быть волчком. У него начала кружиться голова, потому что перерывы между вопросами становились всё короче. К тому же он каждую секунду был готов к тому, что на арене появится волк, что привело к постоянному напряжению в ходе этого «допроса», который закончился также неожиданно, как начался. Стул снова развернул Ника в сторону Ридеркота и остановился, но не опустился. Расстояние между вопрошающими и Ником опять стало большим. Ридеркот громко сказал:
