Он зажег свечу и поднялся. Дверь в большую таинственную комнату была открыта, но в ней никого не было. У него хватило мужества (как тогда казалось мне) пересечь комнату, выйти в другую дверь, которая вела на большую лестницу, и спуститься обратно. Странные звуки прекратились, и они их больше никогда не слышали.
Я часто заходила в эту комнату с привидениями, когда позже останавливалась в замке. Я останавливалась возле большой резной дубовой кровати, в том месте, где стояла моя маленькая кроватка, и пыталась объяснить тот странный эффект, который так хорошо помнила. Видение разыгрывалось на стене напротив окна, и я пыталась представить, что лунный свет проник внутрь и создал странный узор на стене. Но обои были тускло-зеленого цвета, с легкомысленным рисунком; к тому же, я вспомнила, - темно-красные дамасские шторы были задернуты, потому что светила луна. Никакой свет не мог проникнуть внутрь, кроме как через несколько небольших щелей, но это не могло образовать большую картину по всей ширине стены, ни зловещего света, пробудившего меня ото сна".
* * * *
В другой раз леди Чаттертон столкнулась с чем-то таинственным в Пребендари Хаусе, Винчестер. Мать ее была очень больна, но поправлялась; она оставила ее в гостиной в прекрасном расположении духа и легла спать. Проснувшись ночью, она увидела на белых занавесях своей кровати отражение матери, ужасно бледной, лежащей на кровати; с ее губ стекала кровь. Она коснулась занавесей, но видение на них не исчезло, хотя они свободно двигались. Накинув халат, она бросилась в комнату матери и застала ее в том виде, в каком видела на занавесях, лежащей на окровавленной простыне, и рядом с ней - двух врачей.
Мать была рада видеть ее, хотя слишком ослабла, чтобы говорить, и лишь пожала ей руку. Один из докторов сказал, что опасность миновала, и что мать не посылала за ней, поскольку знала, что дочь легла в постель с простудой и не хотела, чтобы ее беспокоили.
Леди Чаттертон добавляет, что хотя это были единственные случаи, когда она что-то видела, тем не менее, она часто ощущала опасность, грозившую близким ей людям, и даже приближение их смерти.
* * * *
Лорд Эрскин, младший сын десятого графа Бьюкена, начал свою карьеру мичманом на борту судна Ее Величества "Тартар", а затем получил назначение во второй батальон первого Королевского пехотного полка. Впоследствии он занял пост лорда-канцлера. Следующая история о призраке передается его собственными словами.
"Когда я был совсем молодым человеком, то провел некоторое время в Шотландии. Утром, в день моего приезда в Эдинбург, когда я спускался по ступенькам, выходя из книжной лавки, мне встретился старый семейный дворецкий.
Он выглядел сильно изменившимся, - серым, похожим на призрак.
- Здравствуйте, старина, - сказал я, - что привело вас сюда?
- Я хотел встретиться с вашей милостью, - ответил он, - и просить вашего вмешательства в дела моего господина, чтобы взыскать причитающуюся мне сумму, которую его управляющий не уплатил мне при последнем расчете.
Пораженный его видом и манерами, я велел ему следовать за собой в лавку книготорговца, из которой только что вышел; но когда обернулся, чтобы заговорить с ним, он уже исчез.
Я вспомнил, что его жена занималась какой-то мелочной торговлей в Старом городе. Я припомнил даже дом или квартиру, в которой она жила, поскольку часто бывал там в детстве. Придя туда, я нашел старуху во вдовьем трауре. Ее муж уже несколько месяцев как умер; он рассказал ей на смертном одре, как управляющий моего отца обидел его, но когда мастер Том вернется, он позаботится о том, чтобы справедливость восторжествовала.
Я обещал это сделать, и вскоре исполнил свое обещание. Впечатление от этого случая прочно врезалось в мою память".
Историю лорда Эрскина можно найти у леди Морган в "Книге будуара".
В этой занимательной книге леди Морган делится своими первыми впечатлениями о лорде Эрскине, с которым поддерживала переписку до самой его смерти. Она давно хотела с ним познакомиться, и считала его героем; но когда ее мечта осуществилась, и она встретилась со знаменитым лордом-канцлером, то призналась, что была разочарована, обнаружив, что "он говорил подобно другим людям, был худощавым джентльменом средних лет и носил каштановый парик!" Однако, несмотря на разочарование первой встречи, она подпала под чары его личного магнетизма. Однажды они встретились в "модном салоне" того времени, куда часто наведывались самые знатные члены верхней и нижней палаты.
Лорд Эрскин, герцогиня Дж. и леди Морган, будучи гостями, беседовали, и разговор зашел о призраках и ясновидении; лорд Эрскин и герцогиня признались, что верят в последнее. Леди Морган выразила свое удивление таким суеверием, и тут же попала под огонь критики герцогини, которая впоследствии, чтобы обратить ее в свою веру, рассказала любопытную романтическую историю о ясновидении в ее собственной семье.
Не желая отстать, лорд Эрскин рассказал вышеприведенную историю, в которую, как добавляет леди Морган, верил безоговорочно, если судить по тому, как он ее рассказывал.
