Дрожало небо уж от гула,И нёс тот гул земле урон…Лишь Ким Куи, в порыва пике,Добра писала черновик,Чтоб дать Верховному ВладыкеПрошенье, чтобы он проникК народу чутким состраданьемИ троеротов покарал,Фыонг — в разведку уж с заданьем,Атак бойцов кипел аврал!И изгонялись троеротыИ их приспешники с земли —Народ их гнал с большой охотой,Тех наглый дух был на мели…Хоть звери с ранами опасны,Их ярость — злобы беспредел,Они кумекают прекрасно,Что не спасти им шкур и тел,Хотя бросаются в надеждеВон прочь охотников прогнать,Вцепиться в горло, как и прежде!А как же! Звери — злости знать.На фоне вражеских конвульсийМужал в боях Вьетнам — боец,В бой на врага идти не трусил,Чем приближал его конец.И троероты — целых восемьЛет! — не смогли его согнуть,У них в боях настала осень,Позорным бегства будет путь!Вьетнам же шёл неколебимоК своей Свободе напрямик!Она ему необходима,Душой он к ней вовсю приник,Ведь, под её желанной сеньюСчастливой жизнью заживёт,И в этом нету в нём сомненья,Он к ней идёт, идёт вперёд,Врагу на хвост всё наступаяИ оттесняя в стан зимы,А та суровая такая,Аж проморозила штаны! —Позорно гонит по полмиру,Чтоб носом ткнуть об стол, в Париж.Ну, и растряс в пути он жиру!Зато уж наглости — на шиш.Январь суровый, бородатыйТам во главе стола сидел:— Все троеротовы солдатыДолжны немедля за пределУйти отважного Вьетнама,В права вошёл чтоб добрый мир,И расчленения боль-драмаБыстрей закончила бы пир.И жизнь вошла бы снова в русло,И вновь раздался б детский смех!И троероты в марте грустноБез всяко-всяческих помех,Как псы побитые, бежали,Вон получив вослед пинка,Скуля, дрожа, стремглавши в дали…Видать, в боях кишка тонка!Да им и скатертью дорожка!Катастрофический урок.Комар — он маленькая мошка,Но укусить как больно смог!Ну, а с приспешниками крутоВраз разберётся сам народ,Хотя одеты те, обуты,Вооружений полон рот.И Север, Юг — два кровных брата —Семья одна им дорога —Как два отважнейших солдата,Им сбили напрочь вон рогаПод Фуонклонгом, Тэйнгуэном,Хюэ-Данангом. СаунлокВон долбанул ещё поленом,А окончательно вмиг смогПослать в накаут под Сайгоном,Чтоб не разрушить город (риск!)Уж «Хо Ши Мин», когда со звономИ сходу танк ворота вдрызгДворца Тхиеу, злобы стана,Разнёс в таране! Тот в ТайбэйСбежал в агонии к тирану,Гнус, троеротовый плебей!И на броне его отважноФыонг была, хоть и не в нём,Мечтала как. Но то неважно!Зато увидела, как днём,А то тридцатого Апреля,Победный взвился с ЗолотойЗвездою стяг. И, твёрдо веря,Что будет он над головойТеперь уж вечно развеваться —Над гордой, славною Страной,Не суй которой в рот ей пальцы,А обходи ввек стороной!А другу — дружбы и объятья,И равный голос и дела,Ведь все народы в мире — братья,Земля одна их родила!Труд троеротов — мерзкий опус.Собрав монатки, — вон в бегаПустился в страхе дип-их-корпус,Ай, шкура стала дорога?Ну, а предатель и приспешникС визжаньем диким поросяВпивал, моля, в их пятки клешни,Укрыть, забрать с собой прося…И в геликоптерское пузоС остервененьем валом лез,Других топча, грызя (обуза!) —За жизнь свою от страха — бес!Вслед, пыжась, «тонущие лодки»С остервенением гребли,Душонки спрятать чтоб и шмотки,…Но всех не взяли корабли,А лишь нахальных и элиту —Ведь руку моет лишь рука! —В пучину прочие вон сбиты,Она их съела, глубока…Народ же, славный Победитель,За указующим перстомРодной компартии обительСтал восстанавливать — свой дом.А, впрочем, строить начал новый,Его прекрасным возводя,Чтоб счастье доброе — под кровом,Ведь, жизни цель его в том вся!А батальон «Неуловимый»Стал в новом звании: «Стройбат»!И возводился дом уж зримо,И всяк боец тому был рад!Истосковалися по мирнойРаботе руки, просто, страсть!И тягу эту пули, миныВвек не могли у них украсть.И возрождались снова дамбыИ сеть каналов, чтобы рисЗабыл бы засухи ухабы…— А ну, ребята, поднапрись!Фыонг трудилася со всеми,Не покладая добрых рук,Ростком чтоб радовало семя.Как сердца радостен был стук!Но автомат, на всякий случай,Был наготове за спиной:А вдруг враги нагрянут тучей,А вдруг навяжут снова бой?И возвратился Юг заблудшийВ семью любимую свою —Что может быть на свете лучше,Желанней, чтобы быть в раю!И вожрождалась понемногуСтрана, вставала из руин,Шагала вдаль с Прогрессом в ногу.Народ ведь был в ней — господин!Уж «Интеркосмос» Фам ТуанаВключил в Советский экипаж.Взнесла его ракета рьяно!И он, Вьетнама храбрый страж,Вокруг Земли летал в «Салюте»,«Союзах» — в уйме кораблейВо чреве Космоса. По сути,Во славу Родины своейИ по доверию, заданьюЕё, исполнив чётко труд,Безгрешно, полно, со стараньем,И в мире Космоса был крут!Земля встречала, как Героя,Вьетнам азартно ликовал!Любви салют пленял собою…Людей к нему стремился вал!И рады были те, кто вместеС ним на войне в строю одномВ боях всех были ради честиСтраны любимой, отчий домБесстрашно грудью защищая,Громя презренного врага —И то обязанность святая,Отчизна коли дорога.Фыонг, как все бойцы стройбата,Была в восторге от души,Как и за сбитый им когда-то«Б-52», что он «прошил»!Всласть, как ребёнок, ликовала,В ладошки хлопала, поя!Ведь, с ним знакома, и немало:В атаки вместе шли в боях!А в ночь, когда в тиши лежала,Уставши за день от трудов,От них лишь ждущего аврала, —И на него был всяк готов! —С улыбкой вспомнила вдруг ясно,Какими «дивными» глазаЕё назвал он… Как прекрасно!Хотя в своих от ран — слеза…С какой таинственной улыбкойЕё он встретил у куста,Когда в ручье была, как рыбка,А вдруг улыбка не пуста?! —И от догадок заметалась,Всё взвесив «против», ну, и … «за»,Ответ неясен… Эка жалость!Вдруг разразилась, как гроза,Её догадка в сердце дивном!.. —«Зачем отпрянул от кустаОн с видом, якобы, невинным?!Притворства ложь, знай, не пуста…» —И щёки сразу заалели…И сердце сразу ей вопрос:«Ну, что с того, что в самом делеВ кусты он сунул длинный нос?!Быть может, нюхал он листочкиИль рвал плоды, коль те вкусны…» —И так, в смятенье, чары ночкиЕё вводили в чудо-сны…И всё трудилась дни и ночи,В жару, прохладу дальних звёзд,Ведь батальон их стал рабочим,Но труд — военный тот же пост!Идёт борьба существованьяС реальным в горе бытиём,Забыть чтоб напрочь все страданья,Построив Счастья общий дом.Фыонг, с работы приходивши,Валилась тут же на постель —Была усталость выше крыши! —И, не жевавши свой бетель,В глубокий сон неслась мгновенно!Всё тело ныло от натуг…Чтоб рано утром, — непременно! —Азарт взыграл её вновь рук!
