— Она ждет своего шофера, тот заедет за ней, — пояснил он. — Это владелица двух лошадей, которых я тренирую.
— Ах, вот как.
— Вдова мостостроителя из Треллеборга, — сказал Стен Виден. — Скоро она уедет домой. Заезжает временами и просто сидит здесь. По-моему, она очень одинока.
Последние слова Стен Виден произнес с сочувствием, которое удивило Сведберга.
Они устроились на кухне.
— Не знаю толком, зачем я приехал, — начал Сведберг. — Вернее, это я знаю, я приехал просить вас о помощи, но понятия не имею, с чем все это будет сопряжено.
Он рассказал о доме возле карьера неподалеку от Тумелиллы. Стен Виден встал, покопался в кухонном шкафу, набитом бумагами и программами скачек, наконец извлек грязную, рваную карту и разложил ее на столе. Сведберг огрызком карандаша показал, где находится дом.
— Я не имею представления, что намерен делать Валландер, — сказал Сведберг. — Знаю только, что он хочет встретиться с Коноваленко один на один. Не желает рисковать, из-за дочери. Это, конечно, понятно. Но вся штука в том, что Валландер нипочем не обезвредит Коноваленко в одиночку.
— Значит, вы хотите ему помочь?
Сведберг кивнул.
— Но и я в одиночку не справлюсь. А кроме вас, обратиться мне не к кому, потому что полицейских привлекать нельзя. Вот я и пришел сюда. Вы его знаете, вы его друг.
— Пожалуй, — сказал Стен Виден.
— Пожалуй? — удивился Сведберг.
— Мы действительно давно знакомы. Но уже лет десять не общаемся.
— Я не знал. Я думал, все иначе.
Во двор заехала машина. Стен Виден встал, проводил вдову. Как видно, я ошибся, думал Сведберг. Стен Виден не был таким близким другом Валландера, как я полагал.
— Какой у вас план? — Стен Виден вернулся на кухню.
Сведберг рассказал. В девятом часу он позвонит Валландеру. Тот, конечно, не сообщит ему, что именно сказал Коноваленко. Но может быть, удастся хотя бы выяснить время встречи. Зная время хотя бы приблизительно, он вместе с кем-нибудь еще ночью отправится к той усадьбе и спрячется там на случай, если Валландеру вдруг потребуется помощь.
Стен Виден слушал с непроницаемым видом. Когда Сведберг замолчал, он поднялся и вышел из кухни. В туалет, что ли, пошел? — подумал Сведберг. Но Стен Виден вернулся с ружьем.
— Попробуем помочь ему, — коротко сказал он.
Потом сел и проверил ружье. Сведберг выложил на стол табельный пистолет, показывая, что он тоже вооружен. Стен Виден скривился:
— Не очень-то сподручно охотиться с этой штуковиной за безрассудным психом.
— Вы можете оставить лошадей? — спросил Сведберг.
— Здесь ночует Ульрика. Одна из моих помощниц.
В обществе Стена Видена Сведберг все время испытывал неловкость. Немногословие и странные манеры лошадника постоянно держали его в напряжении. И все же хорошо, что он будет не один.
В три часа дня Сведберг поехал домой. Они уговорились, что он позвонит, как только свяжется с Валландером. По дороге в Истад Сведберг купил вечерние газеты, только что поступившие в продажу. Сидя в машине, пролистал их. Важной темой по-прежнему были Коноваленко и Валландер. Впрочем, уже не на первой полосе.
И вдруг Сведберг увидел крупные заголовки, которых боялся больше всего.
А рядом фото дочери Валландера.
В двадцать минут девятого он связался с Валландером.
Коноваленко уже звонил.
— Я знаю, ты не скажешь, что произойдет, — сказал Сведберг. — Но скажи хотя бы, в котором часу.
Валландер ответил не сразу:
— В шесть утра.
— И не у твоего дома?
— Нет, в другом месте. Не спрашивай больше.
— Что будет?
— Он обещал отпустить мою дочь. Больше я ничего не знаю.
Знаешь, подумал Сведберг. Знаешь, что он попытается убить тебя.
— Будь осторожен, Курт.
— Постараюсь. — Валландер положил трубку.
Теперь Сведберг был уверен, что встреча назначена в тумелилльской усадьбе. Валландер ответил чуть слишком быстро. С минуту Сведберг сидел не шевелясь.
Потом позвонил Стену Видену. Они решили около полуночи встретиться возле дома Сведберга и оттуда ехать в Тумелиллу.
На кухне у Сведберга оба выпили по чашке кофе.
На улице по-прежнему шел дождь.
Без четверти два они отправились в путь.
