Парень даже не знал, мог ли он вообще иметь это самое Проявление, или же наследие по материнской линии полностью его подавляло. И скорее всего, Реми это тоже было неизвестно. Впрочем, нынешняя версия событий оказалась весьма неплоха, поскольку позволяла Жону избежать допроса Озпина, Кроу и своих собственных друзей. Оставалось надеяться лишь на то, что сотрудничество с директором Бикона не выйдет ему когда-нибудь боком.
– Хорошо, – принял решение Жон. – Я не стану никому об этом рассказывать.
Но Кроу явно все еще испытывал какие-то сомнения.
– Есть и другие люди, способные тебе помочь, – вздохнул он. – Я вовсе не говорю о том, что согласен с ее методами, но результаты остаются результатами. Ты ведь всегда можешь попросить о помощи свою мать.
Жон замер.
– М-маму? – чуть запнувшись, переспросил он.
– Я знаю, что у нее тот еще характер, но имеются и свои достоинства, – произнес мужчина. – В самом крайнем случае она просто перебьет всех, кто будет мешать тебе жить.
– Я-я понятия не имею, о чем ты сейчас говоришь. М-мама не стала бы делать ничего подобного.
– Парень, я же вовсе не дурак, – еще раз вздохнул Кроу, не обратив никакого внимания ни на панику Жона, ни на его попытки приготовиться к бою так, чтобы этого не было заметно под одеялом. – Мы с ней очень часто не сходились во мнениях, но Рейвен никогда не боялась запачкаться. Просто постарайся не забывать о том, что у тебя есть еще и такая возможность.
Дверь с щелчком захлопнулась, оставляя Жона наедине с все еще не очнувшейся Руби и тремя с половиной щупальцами, скрытыми под одеялом. Теперь, когда опасность миновала, они лишь слабо подрагивали, выражая недоумение своего хозяина.
– Да причем здесь вообще Рейвен?
***
В противоположном конце Бикона Коко подняла в воздух банку пива – конечно же, запрещенного в студенческом общежитии, но когда это подобные мелочи волновали Коко Адель?
– За мою подругу Вельвет, которая наконец нашла себе парня!
– За Вельвет! – подхватили Ятсухаши и Фокс, в то время как названная ими девушка и этот самый парень лишь что-то смущенно пробормотали в ответ. Меркури, как, впрочем, и всегда, чувствовал себя в подобной компании весьма неуютно, пусть даже его рука и обнимала за плечи прижавшуюся к нему Вельвет.
– Тебе понадобилось немало времени, чтобы разобраться в своих чувствах и понять, кто именно тебе был нужен, – продолжила свою речь Коко. – И мы даже уже были готовы вмешаться в том случае, если ты и дальше стала бы бегать за Жоном.
– Коко, – жалобно простонала Вельвет, а ее щеки сильно покраснели. – Пожалуйста, не оскорбляй Жона. Он очень хороший парень.
– Но ведь не твой парень, верно? – ухмыльнулась та.
Вельвет покосилась на Меркури и, встретившись с ним взглядом, вздрогнула.
– Д-да, – призналась она. – Но разве нам вообще обязательно устраивать из-за этого вечеринку? Меня это очень смущает.
Коко в ответ рассмеялась.
– Ха. А меня смущает, например, натыкаться на то, как вы целуетесь по разным углам. И прятаться в ванной, как последняя идиотка, слушая то, чем вы занимаетесь, – девушка подалась вперед, заставив Вельвет и Меркури немного отпрянуть. – Вы даже не знаете, что такое по-настоящему смущаться. Вам очень повезло, что я в качестве мести не устроила эту вечеринку где-нибудь в столовой, пригласив на нее абсолютно всех, кто сейчас находится в Биконе!
Коко ухмыльнулась, заметив, что Вельвет уже полностью смирилась со своей судьбой.
– Зайка, это же праздник. У тебя теперь есть парень, так что я тебя поздравляю! И тебя тоже, высокий, серебристый и больше не свободный. Насчет всего этого ‘не стоит огорчать нашу подругу’ с тобой наверняка потом поговорят Ятсу и Фокс, а вот мне сейчас нужны подробности. Я видела, как Вельвет убежала с танцев, а ты ринулся за ней. Так что у вас произошло дальше?
Меркури совсем не привык находиться в центре внимания и несколько напрягся, когда все посмотрели на него. Но он не мог просто убежать, поскольку его – чего уж тут скрывать – девушка все еще к нему прижималась. Парень и сам не до конца принял этот факт, а ведь его еще следовало хоть как-то объяснить Синдер и Эмеральд, чтобы они не оторвали в процессе ему голову. Пока что идея вообще ничего им не рассказывать чудесным образом себя оправдывала, но рано или поздно они все равно об этом узнают.
– Ничего особенного у нас не произошло, – солгал Меркури, заметив, как Вельвет с облегчением выдохнула. – Я ее догнал, мы поговорили, а потом все получилось как-то само собой.
Разумеется, убедить в этом Коко ему так и не удалось.
– И поэтому на следующее утро вы оказались в одной постели?
– М-мы были одеты! – пискнула Вельвет.
– Ага, но не думаешь же ты, что я не заметила, в каком состоянии была рубашка твоего мальчика. Скольких там пуговиц не хватало? Двух? Может быть, трех? Либо на него напал Беовульф, либо кто-то, испытывающий самую настоящую жажду, – она бросила взгляд на свою подругу, заставив ту сильно покраснеть.
– Ничем таким мы не занимались, – поспешил сказать Меркури. – И тебе об этом прекрасно известно. Мы просто очень долго разговаривали, и Вельвет довольно сильно устала.