Отстранившись, Митчел с лисьей улыбкой посмотрела на Эмму. За пояс джинс, она притянула ее обратно и быстро начала их расстегивать, не разрывая взгляда.
Эмма изнывала от желания, обычно сдержанная, нежная в постели, она больше не могла ждать и терпеть. Ей хотелось Миллс. Здесь и сейчас. Полностью. Без остатка. Чтобы она была ее. Только ее и всегда.
Эмма поймала Реджину за запястья, тем самым останавливая ее, и завела ее руки ей за спину. Держа руки Реджины у нее за спиной, Эмма губами кусала, терзала и тут же зализывала языком шею брюнетки, и не позволяла ей препятствовать и даже подумать, чтобы остановиться.
Алекс откинула голову, и с ее губ сорвался первый стон. Она сама очень хотела дотронуться до разгоряченного тела Эммы. Но прикосновения Свон сводили с ума. Кожа на шее и груди была истерзана. Багровые следы просто кричали о кипящей страсти в телах девушек.
Отпустив руки Реджины, Эмма не переставала яростно целовать ее шею. Одним ловким движением она освободила девушку от бюстгальтера, откидывая его в бассейн. Страстными поцелуями Эмма, как можно сильнее впиваясь в нежную кожу, начала спускаться вниз. По шее, ключицам, не оставляя без особого внимания нежную и такую податливую кожу груди. Обсасывая поочередно возбужденные соски, Эмма почувствовала на своей спине руки Реджины.
– Нет, детка, сегодня веду я, – ухмыльнулась Эмма и, встав в полный рост, завела руки Реджины вновь за спину, а губы вернула на грудь. Одной рукой уже спускаясь к самой горячей точке, нащупывая через мокрую ткань трусиков напряженный комочек и начиная его массировать.
Резко втянув в себя воздух, Реджина откинула голову назад, давая Эмме место для маневров на своей шее и груди. Она чувствовала, как Свон зубами вонзается в ее плоть, как ее рука через ткань резко и немного грубо массирует ее напряженный клитор.
– Малышка, сколько в тебе страсти… – задыхаясь от ощущений, говорила Реджина.
– Молчи, молчи, Митчел! – кусая сосок, проговорила Эмма и услышала сдавленный стон, исходящий из уст Реджины и сразу обхватила сосок губами, сильно всасывая.
Эмоции и желания переполняли блондинку и напрочь лишили рассудка. Она резко встала и вновь впилась совсем не нежным поцелуем в уже и так истерзанные губы. А рукой проскользнула под мокрые трусики и резко ввела в горячее лоно два пальца, безумно быстро начиная там двигаться.
Реджина понимала, что эмоции, которые сейчас выплескивает Эмма, связанны с осознанием, что Реджина и есть Алекс. Митчел извивалась в любимых и таких страстных и неудержимых руках.
– Секс с тобой в виде Алекс совсем другой, – брюнетка, не разрывая контакта, легла на газон и посмотрела в такие горящие желанием глаза Эммы, которая нависала над ней сверху.
– Скажи, что тебе не нравится… – прорычала Эмма, не сбавляя движений руки, – скажи мне это, Митчел… – кусая за шею, просила Эмма. Она лежала между раздвинутых ног брюнетки и практически полностью лежала на ней.
Алекс ничего не ответила, впиваясь ногтями в спину Эммы. От каждого толчка, Митчел стонала и извивалась под телом Свон. Блондинка двигалась в такт своей руке. Движения были резкие и рваные, от которых просто сносило крышу и только и хотелось продолжать эту пытку вечно.
– Детка, скажи, скажи как тебе лучше? – тяжело дыша, проговаривала Эмма, все сильнее и быстрее двигаясь пальцами внутри. Но через секунду замедляясь, Эмма остановила движения пальцев и обезумевшими глазами посмотрела в глаза Миллс, которые изнывали от желания и неудовлетворения и так и кричали о скорой разрядке.
Алекс завыла.
– Эмма, пожалуйста, я больше не могу. Я твоя, так возьми меня…
Одна рука так и прижимала к себе возлюбленную, а другая сминала траву, которая росла на газоне.
Но Эмме было этого мало. Она хотела услышать, что ее грубый, жесткий, резкий характер в жизни Миллс также нравится и в сексе. У Свон напрочь сорвало крышу, она резко вытащила пальцы из изнывающего лона Миллс, слыша при этом недовольный стон, а следом и вытянула руку из трусиков. Губами, она начала спускаться мимолетными поцелуями со всей нежностью вниз. От шеи и по всему совсем мокрому от пота телу брюнетки. Давая ощутить всю гамму, всю разность. От резкого и страстного секса к трепетному и нежному занятию любовью. Эмма не обращала никакого внимания на вонзающие ноготки у себя на спине, так и продолжая мучительную пытку. И вот когда губы оказались совсем близко к резинке трусиков, Эмма зубами стянула этот элемент одежды и нежно коснулась ладонью промежности, вновь возвращая лицо к губам Реджины. И в легком поцелуе, касаясь пухлых губ, снова посмотрела в глаза, которые уже просто обезумели и требовали скорейшего продолжения.
– Скажи, как тебе лучше? Алекс или Реджина? – шептала Эмма, совсем невесомо гладя набухший от возбуждения клитор, – грубо или нежно? – проводя язычком по пересохшим искусанным губам, продолжала пытку Свон, чувствуя, что Реджина уже на грани дозволенного, – ответь мне, сержант!
– Алекс… – выдохнула брюнетка.
