Трагическая музыка Третьего концерта продолжает звучать, смешиваясь с разноголосыми всхлипами гармошек. В пыли, в тесном кругу Иван танцует вприсядку. Кто-то сует ему четверть, и он, открыв рот, плещет туда самогон. А за ним, на путях — тысячная толпа в солдатских шинелях грузится в состав.
169. (Съемка в помещении.) КОНЦЕРТНЫЙ ЗАЛ БЛАГОРОДНОГО СОБРАНИЯ.Снова руки Рахманинова, извлекающие мощные аккорды из рояля. Сосредоточенное, возбужденное лицо Зилоти.
170. (Натурная съемка.) УЛИЦА МОСКВЫ. ВЕЧЕР.Вниз по Тверской сквозь обильный снегопад несется лихач. На заднем сиденье его завернутая в доху и прозрачный пергамент огромная корзина белоснежной сирени.
171. (Съемка в помещении.) КОНЦЕРТНЫЙ ЗАЛ БЛАГОРОДНОГО СОБРАНИЯ.Музыка стремительно движется к финалу концерта. Смычки скрипок взлетают и опускаются в унисон.
КАМЕРА НА ЛОЖУ.Наталья в вечернем платье с бриллиантовой брошью, Софья — одетая, как обычно, более чем скромно.
172. (Натурная съемка.) АРТИСТИЧЕСКИЙ ПОДЪЕЗД БЛАГОРОДНОГО СОБРАНИЯ. ВЕЧЕР.Лихач подлетает к подъезду, из которого выскакивают служители в ливреях. И вот уже корзина с сиренью плывет над засыпанной снегом толпой мерзнущих ожидающих поклонников и скрывается за лакированной дверью с зеркальными стеклами.
173. (Съемка в помещении.) ЗАЛ БЛАГОРОДНОГО СОБРАНИЯ.Не успели отзвучать заключительные аккорды концерта, как зал взрывается овациями. Рахманинов, не поднимая глаз, встает, бесстрастное лицо его напоминает маску. Он кланяется. Оркестранты стучат смычками по пюпитру. К эстраде подступает толпа, и — букеты, букеты цветов…
КАМЕРА НА СЦЕНУ.Два служителя выносят на сцену огромную корзину с белой сиренью. Этот дар производит впечатление на Рахманинова. Он благодарно кланяется.
174. (Съемка в помещении.) КУЛИСЫ ДВОРЯНСКОГО СОБРАНИЯ.Рахманинов пробирается к уборной сквозь толпу поклонников, Старый капельдинер расчищает дорогу.
Капельдинер. Господа, разрешите. Мадам, прошу вас…
Десятки рук протягивают программки концерта для автографов.
Экзальтированная дама. Господин Рахманинов, от лица дамского комитета умоляем вас…
Рахманинов. Простите, сударыня, я очень устал…
Рахманинов скрывается в уборной. Капельдинер неприступным сфинксом замирает перед захлопнувшейся дверью.
175. (Съемка в помещении.) АРТИСТИЧЕСКАЯ ДВОРЯНСКОГО СОБРАНИЯ.Наталья наливает из графина воды в стакан и протягивает Рахманинову. Тот жадно пьет. Дверь распахивается, служители вносят корзину с белой сиренью, расчищают место на столике, устанавливают корзину и выходят. Наталья наклоняется над сиренью и вдыхает ее аромат.
Наталья. Сирень зимой — непостижимо!
Рахманинов откидывается в кресле, закрыв глаза.
Наталья. Ты так часто стал получать эту белую сирень, что она тебя больше не радует. Кто-то тебя избаловал.
Входит Зилоти.
Зилоти. Будешь играть что-нибудь на бис?
Наталья. Он еще не остыл…
Зилоти (видит сирень). Опять сирень! Только женщина так может гоняться за артистом!.. Нижний Новгород, Харьков, Ростов-на-Дону! Должно быть, миллионерша. Везет тебе, Сережа…
Рахманинов. Этому скоро будет конец.
Наталья. Ты о чем?..
