Несколько находившихся в комнате фэвэбэшников занимались своей фэвэбэшной работой. Один из них жестом позвал Эддена, и тот отошел, напоследок взглядом настрого запретив мне к чему-либо притрагиваться. Нос щекотало запахом порошка для снятия отпечатков пальцев. Айви стояла в углу вместе с высокой женщиной — фотографом, судя по перекинутым через плечо камерам. Обе смотрели на экран ноутбука — разглядывали отснятые фотографии.
Выло очень светло и тепло, даже слишком. Дженкс бросил Эддена и устроился на карнизе — там еще теплей, наверное. Агенты ФВБ здесь пробыли чуть не весь день, прежде чем нас сюда пустили — не хотели, чтобы я испоганила им их драгоценное место происшествия, — и все же мне казалось, будто здесь никто ничего не трогал.
Журнальный столик с зеленой кафельной столешницей, что стоял, видимо, между диваном в оранжево-зеленую полоску и кирпичным камином — выкрашенным, кстати, в цвет пола, — лежал на боку, отброшенный на приподнятый пол перед камином. Шторы на широких окнах раздвинуты, окна выходят на задний двор. Шторы, да поможет мне господь, в той же тошнотной цветовой гамме. Меня повело от всего этого зрелища — будто здесь затаились выжившие семидесятые и готовятся завоевать мир.
Крови не было, не считая небольшого мазка на диване и стене — безобразно коричневого на фоне желтовато-зеленой краски. Из разбитого носа Гленна, вероятно? Кресло задвинуто под пианино, на скамье груда нотных тетрадей. К стене у большого окна, выходящего на заснеженные качели, прислонена картина. Упав, она повернулась изнанкой к комнате, и мне донельзя хотелось посмотреть, что там нарисовано.
В углу стояла рождественская елка, растрепанная и наверняка повалявшаяся по полу, если верить темному пятну на ковре от пролившейся воды.
Новогодних украшений для такой комнаты было многовато, причем они являли собой странную путаницу стилей. Большинство — недорогие продукты массового производства, посреди них стеклянный снежный шар долларов в двести ценой и антикварный венок из омелы в стиле модерн. Дичь какая-то.
На каминной доске три чулка, которые тоже выглядели дорого — неуместно дорого рядом с большинством украшений. Имя написано только на самом маленьком. ХОЛЛИ. Видимо, дочка. Никаких фотографий на камине, что мне показалось странным, учитывая недавнее рождение ребенка. И на пианино тоже не было ничего.
Дженкс слетел вниз поговорить с парнем, что стоял у пианино. Айви и девица-фотограф увлеченно рассматривали снимки, чуть не сталкиваясь лбами. Эдден на меня не смотрел. Все были заняты делом, так что я подошла к камину и провела пальцем по гладкому дереву, чтобы понять, стояли ли там фотографии. Чисто. Пыли нет.
— Эй! — крикнул собеседник Эддена. — Что это вы делаете? — Побагровев, он глянул на Эддена, явно выведенный из себя тем, что не мог меня отсюда выставить, а хотелось.
Головы повернулись ко мне, и я попятилась, смутившись.
— Простите.
В неожиданной тишине Айви оторвалась от ноутбука. Они с фотографом обе вопросительно на меня уставились, напоминая знак инь-ян: Айви с короткой черной стрижкой и девица с длинными блондинистыми локонами. Я вспомнила, что уже ее встречала в конюшнях Трента, где она тоже фотографировала, но Айви там не было, и я удивилась, как это ей удалось за пятнадцать минут так сойтись с девицей, что они уже голова к голове обсуждают тонкости ракурсов и освещения.
Чуть ли не улыбаясь, Эдден громко хмыкнул. Наклонив голову и подняв руку, мол, «я все устрою», он шагнул вперед. Айви дала фотографу нашу карточку и направилась ко мне. Дженкс опустился к ней на плечо примерно на полдороге, и я увидела, как ее губы шевельнулись в негромком комментарии, рассмешившем пикси.
Когда они все добрались до меня, я уже стояла, выставив бедро и сложив руки на груди.
— Все-все, больше ничего не трогаю! — заявила я, гадая, чем вызваны хмурые гримасы фэвэбешников: то ли я протокол нарушила, то ли они все еще думают, что я виновата в гибели Кистена. Я знала, что Эдден как мог старался эту неприязнь пригасить, но вековые предрассудки так просто не сдаются.
Закатив глаза на Айви, Эдден взял меня под локоть и повел в коридор. Айви тоже улыбалась, но как только мы оказались в уединении коридора, стала серьезной.
— Рэйчел пришла, так не покажете ли нам, где избили Гленна? — спросила она к моему удивлению.
— Здесь, — сказал Эдден, глянув через мое плечо на гостиную. — Все остальное выглядит нетронутым.
Я выдернула локоть из его руки и прислонилась к стене. Дженкс, треща крыльями, перелетел забраться под мой шарф, а Айви помотала головой.
— Там эмоций не столько, как если бы там кого-то избили, — сказала она. — Вы говорите, сегодня утром? Не может быть.
