— Очень жаль, милэрд, — повторила рыжая Изабель. — Мой отец возместит вам убытки, разумеется.
Сделанный ею реверанс на ночной дороге выглядел настолько неуместно и при этом элегантно, что Алекс против воли восхитился. А на руках у девицы явно были синяки, причем полученные не при крушении мобилера, а раньше. Именно такие остаются на нежной женской коже от грубых пальцев.
— Простите… — сказала вдруг рыжая, прищурившись. — Вы тот самый Монтроз? Королевский стряпчий?
Алекс молча поклонился.
— Милэрд, сама Керидвен мне вас послала, — решительно заявила тье Кармайкл. — Я нуждаюсь в вашей помощи!
Алекс едва удержался от богохульного высказывания, что Керидвен могла бы свести его с клиенткой как-нибудь иначе, а это явно работа Темного Ллира.
— По какому делу? — уточнил он, поражаясь невероятной наглости рыжей тье Кармайкл.
— Бракоразводный процесс, — невозмутимо сообщила та. — Обман доверия, мошенничество, принуждение… Сегодня утром меня угораздило выйти замуж за отвратительного ублюдка! Я хочу немедленно развестись и засадить его за решетку так надолго, как только возможно. Но без лишнего шума.
— Очень противоречивые пожелания, — заметил молчавший до этого Бреслин. — А учитывая гонорары лэрда Монтроза, вам дешевле было бы супруга похоронить. Но я этого не говорил.
Происходящее все больше напоминало Алексу дурной сон. Зато он вдруг понял, что ему напоминает имя девицы. «Верфи Кармайкла». А это, значит, их наследница. Любопытно.
— Так, достаточно, — сказал он устало. — Тье Кармайкл, поговорим о вашем деле позже.
Понятливая девица, она же новобрачная, шмыгнула на заднее сиденье «Агурати», Бреслин вернулся в водительское кресло, и возле разбитого «Драккаруса» остались Алекс и Маред, по-прежнему слепо глядящая в темноту.
— Ну? — поинтересовался он очень мягко. — Рассказывайте.
— Изабель ни при чем, — с трудом шевельнула губами девчонка. — Она оказалась на дороге одна, ночью… Позвонила мне, умоляла ее забрать. Я сама решила взять мобилер.
— Восхищен вашим взаимным благородством, — не удержался Алекс. — Каждая берет вину на себя! Дальше?
— Что — дальше? — прошептала Маред. — Я думала: отвезу ее до предместий, посажу на кэб — и назад. У нее все руки в синяках… Она так боялась! А мобилер… Он заскользил — и в камень!
Она зажмурилась на мгновение и тут же снова открыла глаза, глядя куда-то мимо Алекса и продолжая с ужасающей монотонностью:
— Это я виновата. Я отвернула — а мобилер занесло. Занесло… Я виновата…
Хлоп! Очнувшаяся Маред удивленно посмотрела на Алекса и медленно поднесла ладонь к щеке, по которой тот влепил несильную пощечину.
— Это от истерики, — любезно пояснил Алекс. — Что мобилер на каучуковых шинах скользит по влажной дороге, вы, конечно, не предполагали?
Маред молча кивнула. Взгляд у нее был теперь не такой мертвый, но все равно очень нехороший. И как же Алексу хотелось выругаться! Покрыть черной портовой бранью неизвестного ублюдка и тряхнуть за плечи дуреху, что сама едва не погибла и рыжую подружку не убила только чудом. Две дуры! Как только остались живы и невредимы. Главное — живы…
Пройдя мимо Маред, он подошел к сиротливо темнеющему у обочины «Драккарусу», ласково и виновато провел рукой по искореженному металлу. Как жаль… Может, еще удастся восстановить?
Вздохнув, Алекс отвел взгляд и повел с трудом двигающуюся девчонку к «Агурати». Усадил на заднее сиденье рядом с притихшей тье Кармайкл, сам сел впереди. До коттеджа они доехали в полном молчании. Так же молча вышли, а Бреслин повез юную авантюристку в Лунден.
Эвелин дома не оказалось. Горничных, сунувшихся, было, с предложением помощи, Алекс отправил спать. Чуть ли не силой заставил Маред подняться по лестнице, втолкнул в свою спальню и заставил сесть на постель, где девчонка замерла, уткнувшись взглядом в колени и опустив плечи.
— Маред, — тихо сказал Алекс, подвигая пуфик и садясь напротив нее. — Девочка, послушай меня.
Она подняла голову, глядя в стену за спиной Алекса.
«А ведь она мысленно там, — с пугающей ясностью вдруг понял Алекс. — В том, первом крушении. Снова авария, только теперь за рулем была она сама. И никто — слава всем богам! — не погиб. Ох, баргест раздери…»
— Маред, — сказал он устало, — успокойся. Все не так страшно, как ты думаешь. Главное, вы обе целы и невредимы.
— Мо… би…лер, — шевельнулись ее губы.
— Мобилер жаль, — согласился Алекс, беря руки Маред в свои растирая холодные, прямо-таки ледяные ладони. — Но все могло быть хуже. Девочка моя, приходи в себя. Ты жива. Твоя подруга — тоже.
Маред зажмурилась, помотала головой, и вправду пытаясь очнуться, словно выныривая из забытья. Прошептала, кривя непослушные побелевшие губы:
— Я же не смогу… возместить…
— Ты ничего не должна возмещать, — терпеливо сказал Алекс. — Маред… Маред, ты меня слышишь? Ты ничего мне не должна.
— Должна! — отчаянно выдохнула она. — Я не могу! Не… могу… Я сама… виновата! А денег у меня нет. И я… И вы…
