Ристретто здесь такой крепкий, что пить его можно только сидя, иначе сшибает с ног. Вообще-то я предпочитаю капучино с карамельным сиропом, в самом крайнем случае – с вишневым, но если здесь сделать такой заказ, навсегда утратишь уважение местной продвинутой публики. Они считают, что капучино пьют только не заслуживающие внимания офисные барышни.
– Вовсе нет! – возразил бармену толстый парень с густой рыжей бородой, сидевший на высоком табурете возле барной стойки. – Вовсе Паук не в ЮВА, а в Рейкьявике!
– В Рейкьявике? – переспросил бармен. – Что ему делать в Рейкьявике? Там же небось холодно!
– Во-первых, там вовсе не холодно, – возразил бородач, – там же рядом Гольфстрим. А во‐вторых, сейчас там проходит подпольная конференция геймеров.
– Ты не в теме, Штандартен! – вмешался в разговор хозяин динозавра. – Конференция в Рейкьявике в прошлый вторник закончилась, я там был, и, кстати, Паук туда не приезжал. У него здесь какие-то дела были. И кстати, вот он и сам!
Действительно, в кофейню спустился невысокий тщедушный парень в черной кожаной куртке. Куртка была сильно поношена, и сам парень выглядел каким-то потертым. Волосы были завязаны сзади в жиденький хвостик, и весь он был буквально утыкан колечками.
– Здоров, Паук! – оживился бармен. – Ты сейчас из Камбоджи? Как там погода?
– Да из какой Камбоджи? – перебил рыжебородый. – Я же говорю – он был в Рейкьявике!
– Нигде я не был – ни в Камбодже, ни в Рейкьявике, – отмахнулся Паук, подходя к стойке. – Дома я был, отсыпался.
– Тебя же целую неделю не было! Ты что – всю неделю спал?
– А что – кто-то имеет что-нибудь против?
– Да нет, сколько спать – это твое личное дело. Главное, в конце концов проснуться.
– Привет, Паук! – помахала я ему. – Как удачно, что ты зашел! У меня к тебе разговор!
– Привет, Вася! – проговорил Паук унылым голосом и подсел ко мне. За пазухой у него что-то зашуршало и зашевелилось, и на свет выглянула острая любопытная мордочка с маленькими розовыми глазками и жесткими усиками.
– Здорово, Шушарочка! – приветствовала я ручную крысу Паука и протянула руку, чтобы погладить ее.
Однако крыса оскалилась и зашипела.
– Ты что – не узнала меня?
– Это ты не узнала… – протянул Паук. – Шушара уже два месяца как умерла. У меня новый друг – кстати, парень, зовут Мишель. Мишель, познакомься – это Вася. Она тебя не обидит.
– И даже угостит! – Я достала из кармана упаковку чипсов, которую приготовила для Шушары.
Мишелю они тоже понравились – он аппетитно захрустел чипсами и в знак благодарности позволил почесать себя за ухом.
– А что случилось с Шушарой? – осведомилась я. – Вроде же она была еще молодая.
– Ну да, – кисло согласился Паук. – Я ее предупреждал – не грызи провода, а она не послушалась. Перегрызла силовой кабель, ее и шандарахнуло током.
– Бедная Шушара!
– Я ее, между прочим, в Летнем саду похоронил! – гордо сообщил Паук. – Думаю, ей это должно было понравиться… прямо у постамента какой-то статуи.
– Ну, не огорчайся, – я погладила его по запястью, на котором была татуировка в виде мохнатого паука, – одних друзей мы теряем, других находим, такова жизнь, и нужно принимать ее, какая она есть!
Тут я покривила душой, потому что представить не могу, что будет, если Бонни… но это будет еще не скоро.
– Так у меня к тебе разговор… – напомнила я Пауку.
– Я слышал. Возьми мне кофе покрепче – я что-то еще не совсем проснулся.
– Неделю спал – и все еще не выспался?
– Ага. Ты же не знаешь, сколько я до этого не спал.
– Что случилось? Когда мы прошлый раз виделись, ты вроде бы на работу устроился, девушку завел…
– Это все в прошлом, – уныло сообщил Паук, – и работа, и девушка…
Насчет девушки я поняла сразу – ни одна особа женского пола не потерпит, чтобы у ее парня было столько колечек. Это же даже поцеловать некуда!
– А с работой что?
– Да понимаешь, они совсем одурели! – возмутился Паук. – Ну, надо в офис ходить, это я понимаю. Ну, договорился я, чтобы не с утра и три раза в неделю, это ладно. Ну, одежду сменил, это понятно, постригся даже, представляешь?
– Не представляю, – хмыкнула я.
– Но они Шушару запретили приносить!
– А ты что, на работу с крысой ходил?
– А если она без меня скучает! И я привык с ней работать, она мне помогала… В общем, начальник еще ничего, а бухгалтерша как увидала Шушару – так влезла на свой стол и оттуда говорит: или я – или она! Ну, начальник и говорит: извини, дорогой, ты сотрудник ценный, но я ее выбираю, я с ней дольше знаком. Опять-таки, новый человек в ее бухгалтерии никак не разберется, коней, говорит, на переправе не меняют. Вот так.
Я заказала растаману за стойкой двойной ристретто.
Не понимаю, как вообще можно выпить такой кофе и остаться в живых, но Паук с этим легко справился. В его глазах появился блеск, лицо порозовело.
– Ну, вот теперь можешь приставать ко мне со своим разговором! – проговорил он, повернувшись ко мне.
– Вот тебе небольшая задачка, – начала я, – но прямо не знаю, справишься ли ты с ней…
– Кончай меня троллить! – ухмыльнулся Паук. – Думаешь, возьмешь меня на слабо?
