Тут же с соседнего дерева донесся ответ, а затем на полянку слетела крупная темно-серая ворона. Склонив голову набок, она зашагала навстречу Сырникову, время от времени опасливо косясь на Василия Макаровича. Остановившись в нескольких шагах от людей, ворона щелкнула клювом, затем вопросительно каркнула. Сырников в ответ разразился целой серией хриплых каркающих звуков. Ворона попятилась, всплеснула крыльями и коротко каркнула.
– Боится так далеко улетать от гнезда своих друзей! – пояснил Сырников. – Но я попробую его уговорить… – и он снова раскатисто закаркал.
Василий Макарович с изумлением следил за разговором на вороньем языке. Наконец Кайзер каркнул и дважды щелкнул клювом, как испанец кастаньетами.
– Согласился! – удовлетворенно сообщил Сырников.
– Скажите ему, что с меня – хороший кусок сыра.
– Он предпочитает маасдам!
На следующий день мы выехали из дому очень рано. Неподалеку от Черной речки остановились, там нас поджидал Сырников в новеньком черном «ауди».
– Поедем на моей машине! – предложил дядя Вася. – Две машины на той дороге будут слишком бросаться в глаза.
Сырников вышел из «ауди» с вороной на плече, оглядел дяди Васину ласточку и деликатно проговорил:
– Может быть, лучше поедем на моей машине? Ваша уж очень приметная!
– Ничего, – отмахнулся дядя Вася. – Там дорога плохая, моя ласточка для нее лучше приспособлена!
– Ну что ж… – Сырников еще раз опасливо оглядел машину и тут увидел на заднем сиденье Бонни.
Ворона тоже увидела пса и испуганно каркнула.
– Нет, в такой компании Кайзер не поедет! – уверенно проговорил Сырников. – Поезжайте вперед, мы с Кайзером поедем следом!
Так мы и поехали – мы с Бонни и дядей Васей впереди на ласточке, Сырников со своей вороной следом на «ауди».
На этот раз дяди-Васина машина не подвела, она доехала до Больших Гусей на одном дыхании. В деревне все было по-прежнему – те же гуси неохотно уступили нам дорогу, та же трудолюбивая старушка проводила нас взглядом.
Остановились мы подальше от забора, чем накануне. На заборе, как и накануне, сидели две любопытные вороны.
Сырников вышел со своей вороной, я подошла к нему, держа в руках миниатюрную камеру.
– Кайзер, сиди спокойно! – сказала я и попыталась надеть липучку с камерой на лапу вороны.
Но Кайзер недовольно каркнул и отдернул лапу.
– В чем дело? – спросила я Сырникова. – Ему что-то не понравилось?
– Да, – смущенно ответил тот. – Ваша камера такая… тусклая, невыразительная! Кайзер, как всякая ворона, любит все яркое, блестящее. Тем более на нас смотрят те две вороны, к тому же одна из них дама… – Он показал на местных ворон, которые с интересом следили за нами с забора. – Конечно, ему хочется покрасоваться перед ними. Нет ли у вас камеры покрасивее?
– Другой камеры нет… – огорчилась я, но тут у меня мелькнула плодотворная идея.
Я сняла с пальца колечко с синим камушком, прикрепила к нему камеру и показала Кайзеру. Колечко это подарил мне Леша Творогов, когда у нас были хорошие отношения. Подарил на какой-то праздник, не то на Восьмое марта, не то на День святого Валентина. Кажется, тогда он воображал, что в меня влюблен, был у нас поначалу такой период. Колечко, конечно, так себе, дешевенькое серебро, но я взяла себе за правило носить его, когда встречаюсь с двумя капитанами. Пускай Леша знает, что я его подарочком дорожу, авось меньше хамить станет.
Кайзер удовлетворенно щелкнул клювом и сам протянул мне лапу.
Я надела на лапу кольцо с камерой и надежно закрепила липучкой.
– Ну вот, все готово!
Сырников что-то прокаркал Кайзеру, тот сверкнул глазами и взлетел.
Сделав круг, опустился на забор рядом с местными воронами и что-то им прокаркал, боком подвигаясь поближе. Между воронами завязался оживленный разговор.
– Кайзер, вспомни, о чем мы договаривались! – проговорил Сырников, от волнения перейдя на человеческий язык, и тут же повторил эту фразу на вороньем.
Кайзер каркнул в ответ что-то недовольное, но все же взлетел и сделал круг над огороженным участком.
У меня уже был подготовлен планшет, на который передавалось изображение с миниатюрной камеры, и мы с дядей Васей уставились на его экран.
Сначала на экране показался общий план – большой участок, огороженный забором.
Потом изображение сместилось, на экране появился крупный план забора. Я оторвала взгляд от экрана, нашла Кайзера.
Он сидел на заборе рядом с двумя местными воронами и о чем-то с ними негромко переговаривался на своем вороньем языке.
– Как его заставить снова взлететь? – обратился дядя Вася к Сырникову.
Тот смущенно пожал плечами:
– Не знаю, что с ним происходит. Обычно он очень обязательный, и если его о чем-то попросить, он все выполняет… попробую с ним договориться!
Сырников поднес руки ко рту рупором и несколько раз громко каркнул. Кайзер посмотрел на него крайне недовольно, но все же взлетел и поднялся над участком.
Мы снова уставились на экран.
