В связи с приближающейся второй годовщиной со дня основания русской мафии в Израиле, у истоков которой стояли я, Кац, Пятоев, Борщевский, а так же примкнувшая к нам незабвенная Варвара Исааковна Бух-Поволжская, и в ознаменование второго съезда Русского Еврейского Национального Фронта (РЕНФ) руководством фронта было принято историческое решение о поездке в Хайфу. Целью исторического визита было посещение памятников культуры (публичного дома «Экстаза») и переговоры на самом высоком уровне с Дороном Гуревичем, которым было суждено состояться в ресторане «Яр». Дан Зильберт и Дорон Гуревич, старые товарищи по оружию, крепко обнялись. От братских объятий разговор плавно перешёл в русло рассказов о милых дамах. Узнав о цели нашего визита, Дорон Гуревич потешил присутствующих неизвестными страницами из истории «Экстазы». По его словам, публичный дом был расположен рядом с рестораном «Яр». Когда-то это был чудесный публичный дом, но после убийства хозяина заведение захирело. Убийцу искали долго и безуспешно. В какой-то момент следствие сдвинулось с места, когда одна из сотрудниц заявила, что видела преступника. Но при составлении словесного портрета получился известный арабский актёр, снимавшийся в эротических фильмах палестинской киностудии «Антисар». Сотрудница «Экстазы», давшая показания, пользовалась в публичном доме репутацией девушки распучённой и склонной к преувеличениям. Её показаниями решили пренебречь, и следствие зашло в тупик окончательно.
Дан Зильберт согласился с тем, что работа накладывает на людей отпечаток, и привёл в пример себя. Мирьям Абуркаек неожиданно расчувствовалась, со слезами на глазах вспомнив подруг, вместе с которыми трудилась. По её словам, это была эпоха славных трудовых свершений и простых и чистых отношений между людьми. В свою очередь Кац вспомнил, что ему доводилось бывать в ресторане «Яр», и что раньше здесь стояла статуя «Девушка с веслом», и что его интересует судьба спортсменки.
Из рассказа метрдотеля следовало, что муниципалитет Хайфы счёл пребывание откровенно эротической скульптуры с фаллическим символом в руке неуместным (в теории Фрейда фаллический символ — это символ мужского полового органа), и скульптуру убрали на кухню. Сейчас, глядя на неё, официантки тренируются элегантно ходить с подносом.
В этой пасторальной атмосфере довольно неожиданно прозвучало предложение Дорона Гуревича переговорить со мной и Данном Зильбертом в отдельном кабинете. Уединившись с нами, Гуревич сразу взял быка за рога и сообщил, что много знает о нашей организации, и предложил следующее.
С его слов, он возглавляет организацию, занимающуюся переправкой наркотиков из Ливана в Европу. Конкретно в Австрию и Германию. И нам он предлагает сотрудничество.
— Но мы не занимаемся торговлей наркотиками, — моему удивлению не было предела.
— Если бы занимались, то мы бы с Вами воевали, а не сотрудничали, — приступил к моему обольщению Гуревич, — мы хотим Вашей помощи как раз в той области, где Вы работаете.
— Ну, если речь идёт о сотрудничестве области палестинского эротического кино, — я чувствовал себя как минимум Чарли Чаплином, — то культурным контактам мы всегда рады.
На следующий день, в сопровождении Каца, Пятоева и Борщевского я прибыл по адресу, указанному Дороном. Это был фешенебельный район вилл, стоявший на холме с видом на Хайфский залив. С улицы вилла казалась не большой, но это заблуждение рассеивалось, когда мы вошли внутрь. Несколько вилл, расположенных на склоне горы одна ниже другой, представляли собой фактически одно здание. Подземный этаж верхней виллы продолжался верхним этажом нижестоящей. Из этого комплекса подземных и наземных сооружений было несколько выходов на разные улицы, спускавшиеся по склону горы. Внешне же это выглядело, как несколько не связанных между собой зданий. По мнению Зильберта, продуманно всё грамотно. Не зная плана зданий, блокировать все выходы не возможно. Даже если полиция оцепит одну виллу, уйти можно через другие. В саду виллы, к которой мы подъехали, возле бассейна, гордо возвышаясь над пышными кустами, стояла моя старая знакомая — скульптура девушки с веслом. Поймав мой недоумённый взгляд, Дорон объяснил мне, что ресторан «Яр» они перекупили. Дохода он не приносит, но место для встреч удобное. А в девушке с веслом его прельстило сексуальное нижнее бельё, и он водрузил скульптуру во дворе своей виллы. Я попросил его относиться к девушке бережней, мотивируя это её не простой судьбой. Гуревич пообещал сделать всё возможное.
Кроме этого Гуревич заявил, что, по его мнению, скупить часть поселения и сделать из него укреплённый район, куда никто, в том числе полиция, не сможет попасть неожиданно, идея не новая, но проведена качественно и наш укрепрайон выглядит внушительно. Ливна, как любое другое поселение, изначально проектировалось как укреплённый пункт. Но новый район, стараниями Пятоева и целенаправленной скупкой домов, превратился в крепость в крепости.
Услышав профессионально грамотную похвалу, Пятоев зарделся как ученица религиозной школы для девочек.
