Добрая сказка – это всегда замечательно! А если она про храброго бельчонка…
Жили-были в одном темном сосновом лесу белки. Хорош был вековой лес: широко раскинул он свое пушистое изумрудное покрывало. Куда ни глянь, всё лес и лес. Однако, река Лена отрезала ему дорогу и по ту сторону реки начинался уж совсем другой лес – широколиственный. Вот уж где красота-то была! А и сам погляди: солнце здесь ходило меж листвы свободно, каждый кустик согревало, под каждую травинку заглядывало. А и ветерок: гулял себе тут вольно, с листьями перешёптывался, с зайцами в догонялки играл, птичкам-синичкам подсвистывал. Чистота была в этом лесу, ни тебе валежников, ни буераков, ни чащоб. Был в этом широколиственном лесу царь – Михайло Толстопят Первый. При нем, при великом хозяине, такой порядок и держался. Хитрый был этот Михайло Толстопят. Бывало, крикнет соек да сорок и велит им в сосновый лес через реку Лену лететь да самых красивых и сильных животных, оленей, лис, тетеревов, в его лес переманивать. Переманивать – уговаривать, сладкими речами упрашивать. Пусть де в нашем широколиственном лесу будут самые-самые красивые и самые-самые сильные звери. А сойкам что? Указ получили да полетели, им бы только потрещать… И надо вам заметить, что немало зверей таки перебрались из соснового леса на другой берег и зажили лучше прежнего. На родной лес лишь изредка поглядывали да вздыхали.
А вот мы поглядим, что в сосновом-то лесу делалось. А в сосновом лесу царя вовсе не было, жили звери свободно, особо не жаловались, дружно жили. Весной в семье белок-летяг родились три бельчонка, три серых мохнатых комочка. Вначале мама их молоком кормила, а после сережками березы и ольхи, да почками лиственницы, которые с прошлого лета старательно заготовила. Хорошо в дупле, а на воле еще лучше. Стали бельчата вылезать на солнышке погреться, на мир посмотреть. А солнышка из-за густых старых сосновых лап не видать. Сумрачно в лесу, на земле лежалая хвоя гниет, травка сквозь нее хиленькая пробивается. Птичкам скучно, они и не щебечут. Самый шустрый бельчонок, Тимошка-горошек, и давай мамку спрашивать:
– Мам, а мам, а отчего никакого зверя вокруг нашего дерева не видно? Отчего птички совсем не поют? А когда же я уже солнышко красное увижу, да шёрстку свою просушу-высушу?
– А и, дитятко, – отвечает ему второпях мать, – с роду, сколько себя помню, в нашем лесу сумрак стоял, никогда нас солнышко особо не грело, не баловало. Многие звери, вишь, перебрались за реку жить, переманил их тамошний царь солнышком да чистотой.
– Ах вот оно что! – удивляется бельчонок. – А отчего же вы в тот лес не ушли? Или вам солнышка не надо?
– Надо, сыночек, ой, как надо, – отвечает белка-мать. – Да, видишь ли, прижились мы тут. Наши матери и отцы в этом лесу жили, наши деды и прадеды по этим же веткам прыгали. Не в силах сердце Родину покинуть, тут нам каждый куст знаком, каждый цветок мил.
– Не понятно, – чешет в раздумье за ушком Тимка-горошек. – Ничего не понятно. Лес темный, мокрый, гнилой, а вы его всё равно любите… Да чем же он так хорош? Не лучше ли здраво рассудить да и уйти к тому царю в лес за реку?
Белка печально головой покачала и велела вечера ждать. Как все дневные заботы уладит – обещала мать рассказать чем их лес хорош да замечателен.
Солнышко на закат покатилось, а матушка в дупло воротилась. Свежего сенца принесла, да грибочек нарядный на ужин. Пока бельчата ели, мать им гнездо перестелила, да и села сказывать им про их родной лес чудеса.
– Лес наш, ребятки мои дорогие, лучше бы и не надо. Он и велик, как великан-батюшка, далеко он раскинулся, широко лёг. Густо сидят в нем деревья, много на них шишек да почек. А таких грибов как в нашем лесу больше нигде не сыщете: только у нас есть синеножки да краснобоки, свиноушки да рылорыбки. Этаких нарядных да вкусных грибов больше никто кроме нас и не едал. Даже царь Михайло Толстопят Первый за ними своих слуг-барсуков присылает, да на зиму их заготавливает. А знаете ли вы, мои маленькие, что в лесу нашем у Волчьей норы водопад есть. Вот где красота-то, заглядение! Радуга там целый день свои лучики моет. Наш лес и целебными травами богат. А и мало того, если какая болезнь приключится, так звери и птицы с того леса прямиком к нам бегут. А почему? А потому, что у Совиного дубу бьет источник с целебной водой. Испей – и к вечеру здоров! Конечно, что и говорить, раньше в нашем лесу и зверья всякого много водилось и птицы какой хочешь… А теперь многие польстились и ушли к царю Толстопяту. Я их не корю. Хотя не гоже Родину оставлять да счастья в чужих краях искать. Толстопят-то, конечно, молодец-молодцом, порядок в своем широколиственном лесу навел, чистота там, красота. Как не польститься?!
