Шутливо-фантастическое переосмысление не столь давнего реального случая на МКС, когда техническую проблему помогла решить смекалка… и чайный пакетик. Утечка воздуха, столкновение с астероидом и энергетический коллапс ставят гиперстанцию "Дружмир" на грань гибели в межгалактической пустоте. Как спасти множество жизней, когда технологии космической эпохи в один миг становятся недоступны? И при чём тут звёздная белка? Обложка автора.
Когда-то давно космические станции были маленькими, тесными и крайне уязвимыми. Всю жизнь на орбите – в любом случае непростую – мог испортить крохотный обломок астероида, чуточку неграмотный расчёт и лёгкое неаккуратное движение. Внутри станции царила пленительная, но коварная невесомость. Вопреки распространённому заблуждению, гравитация при этом никуда не девалась – и всё же, всемирное тяготение проигрывало в силе иной связи: зависимости от родной планеты. С этим маленьким голубым мирком постоянно приходилось поддерживать радиосвязь, то и дело нужно было дожидаться доставки топлива, грузов и даже новых членов экипажа…
Ну и, конечно же – космическая станция не могла отдалиться от Земли больше, чем на 400 километров.
С тех пор прошли века. Вся Солнечная система расцвела буйным цветом жизни космической цивилизации. Каждый закоулок системы был подробнейше описан, утыкан аванпостами и солидными колониями, обжит не только людьми, но и диковинными существами, которых породил союз естественной эволюции и развитой биотехнологии. На Марсе резвились крабы, на Сатурне – жабы, а на Венере появились даже гномы.
Но пытливому человеческому духу всего этого было мало. Из нескольких сотен космических станций построили гигантский межзвёздный корабль, который призван был добраться до ближайшей к Солнцу звезды – Проксимы Центавра. Главным вопросом, на который должна была ответить та экспедиция, был тот самый, Извечный: «Одни ли мы во Вселенной?»
И с тех пор прошло не одно столетие. Ответом на Извечный Вопрос стало твёрдое «да», а Проксима Центавра по отношению к Солнечной системе стала чем-то вроде Санкт-Петербурга для Москвы, когда между городами начали курсировать скоростные поезда. Новые экспедиции направлялись в самые укромные уголки Млечного Пути, всё дальше и дальше. И, наконец, настало время, когда новый исполинский корабль (который по устоявшейся традиции назвали гиперстанцией) отправился в долгое путешествие за пределы Галактики.
Для многих поколений людей гиперстанция «Дружмир» (забавное её название возникло из-за немножко неудачной стыковки двух первых модулей, «Дружбы» и «Мира» соответственно) была уже единственным истинным домом. И не только для людей – выходцы из Солнечной системы подружились ещё с добрым десятком космических цивилизаций.
У представителя одной такой цивилизации – цербера по имени Галилей – заканчивалась смена. Все параметры в его отсеке гиперстанции были в норме, сходились показания автоматических датчиков, полуорганических компьютеров и других систем наблюдения. Ещё один поворот – и можно было отправлять автоматически сформированный отчёт командиру и идти отдыхать.
Как бы зловеще ни звучало сочетание «цербер-инспектор», оно не должно вызывать никаких дурных ассоциаций. С мифическим адским псом это существо роднили три собачьих головы и прекрасная наблюдательность. На этом сходство заканчивалось – церберы были очень интеллигентными и добродушными существами, с которыми люди заключили союз буквально после второго контакта. «И трёхглавая собака – друг человека», – шутили в то время.
Ну, вот и последнее помещение – комната для подзарядки роботов. В тот день там был всего один андроид – большинство разумных машин направили в открытый космос на разведку, а все остальные оставшиеся на гиперстанции роботы уже достаточно зарядили свои аккумуляторы.
– Привет, Стругацкий-2, – поздоровался бородатой средней головой Галилей. – Всё в порядке?
Робот повернул в сторону трёхглавого инспектора голову, похожую на древнюю камеру видеонаблюдения.
– Привет, – ровным металлическим голосом откликнулся Стругацкий-2. – Всё… кзззк… в порядке.
Галилей насторожился и навострил все шесть стоячих ушей.
Что за «кзззк»? Ослышка, простая помеха или признак какого-то сбоя?
– Извини, ты не мог бы повторить последнюю фразу? – спросила правая голова цербера.
– Всё в порядке, – чётко произнёс робот.
Похоже, послышалось. Всякое бывает.
– Ну, раз всё хорошо, я пойду, – улыбнулась левая голова Галилея.
