Вновь появилась с лицом цвета зеленого горошка, но довольно спокойная Гей, взявшая на себя разрезание торта. Руперт пробился к Белле.
— Господи, какие жуткие вещи тут происходят! Дядя Вилли просто-напросто разоблачился перед одной из квартиросъемщиц Тедди. Ласло о тебе позаботился?
— Уверена, что он был бы не прочь избавиться от этой заботы.
Кто-то постучал по столу. Речи были милосердно короткими.
Первым встал Ласло с предложением выпить за здоровье Гей и Тедди. Он был из тех, кто способен утихомирить присутствующих одним покашливанием. Он произнес своим хрипловатым голосом с едва заметным акцентом:
— Сожалею, что многим из вас пришлось отказаться от Гудвуда. Мы все оценили эту жертву.
После этого он стал зачитывать результаты скачек в Гудвуде.
В какой восторг это их всех привело! Они хохотали до колик.
— Какой забавник! — сказал Руперт.
Сидевший в углу дядя Вилли был до того пьян, что пытался зажечь рулет из спаржи.
Потом Ласло выдал пару шуток. Бела оценила их уместность — перед тем, как поднять бокал за здоровье Гей и Тедди. Все вокруг символически осушили пустые бокалы. Из-за скаредности Констанс напитков не хватило.
Поднялся Тедди. Он сказал, что от волнения сердце у него выпрыгнуло из груди в рот, а поскольку его нянька всегда запрещала ему разговаривать с полным ртом, то ему лучше заткнуться. Господи, они зашлись хохотом и от такого каламбура. Хорошо было бы играть для такой аудитории, подумала Белла.
Потом Тедди добавил, что хочет лишь поблагодарить Констанс и Чарлза и поднять бокал за очаровательных подружек невесты. После него коротко высказался шафер, и все помещение снова превратилось в подобие большого шумного птичника. Дети перевозбудились и принялись бегать, наступая гостям на ноги. Тетушки удалились в сторонку, чтобы дать отдых натруженным ногам. Вдруг раздался громкий стук по столу, и, повернувшись, Белла услышала голос Чарлза.
— Я надолго вас не задержу, — начал он заплетающимся языком, обводя присутствующих остекленелыми глазами.
— Пьян в стельку, по своему обыкновению, — прокомментировал кто-то позади Беллы.
— Надолго не задержу, — снова начал Чарлз. — Просто я хотел, чтобы все знали, до какой степени Констанс и я рады, что наш сын Руперт только что объявил о своей помолвке с очень талантливой и красивой девушкой.
— Чарлз! — прогремела Констанс, багровая от гнева.
— Пьян в стельку, — повторил голос.
— Предлагаю выпить за Беллу и Руперта, — сказал Чарлз. — Я уверен, что для всех нас она будет ценным приобретением.
Половина находящихся в шатре стала бормотать «За Беллу и Руперта», а Крисси вдруг очень громко произнесла:
— Это неправда. Она не приобретение. Она ужасная, ужасная. Она самая большая сука из всех, какие только были на свете.
Наступила страшная тишина.
— Заткнись, Крисси, — прорычал Руперт.
— Что такое, в чем дело? — интересовались гости.
Ласло с быстротой молнии подоспел к Крисси.
— Не надо, малышка, будет тебе. Пойдем в дом.
— Ты не понимаешь. Никто ничего не понимает, — сказала Крисси и, вырвав у Ласло свою руку, выбежала из шатра.
Белла тоже была сыта всем этим по горло. Она вырвалась на улицу и сразу же нашла такси.
В тот момент, когда она, сев в машину, говорила водителю, куда ехать, за стеклом появилось лицо Руперта.
— Белла, дорогая, подожди.
— Ну уж нет, — прошипела она. — Для одного дня тебя и твоей проклятой семейки мне вполне достаточно. Больше я не стану терпеть оскорбления. Поехали, — сказала она водителю.
— Дорогая, — умолял Руперт, — ради Бога, дай я тебе все объясню.
Когда такси уже тронулось, он просунул руку в окно, чтобы задержать ее, но вместо этого ухватил лисий хвост, который остался в его руках оторванным.
Белла высунулась из машины и крикнула:
— Я сообщу в Королевское общество защиты животных о твоем жестоком обращении с лисицами.
Белла не могла дождаться, пока доедет до театра, чтобы рассказать о своих несчастьях Рози Хэссел.
Но приехав, она узнала, что Рози лежит дома с гриппом и вместо нее будет играть дублерша. Бедняжке было не по себе от нервного напряжения, и Белле пришлось всячески ее ободрять.
Вот мне двадцать четыре года, и я настоящая актриса с бесхвостой лисой, подумала Белла и от отчаяния захихикала. В этот вечер играла она скверно. Не могла сосредоточиться, была вялой и путалась в тексте.
В антракте позвонил Руперт. Ему потребовалась вся сила убеждения, чтобы уговорить ее пойти с ним куда-нибудь вечером.
— Крисси была не в себе, — объяснял он. — Она долго сидела на диете, целыми днями не ела и на мне тоже срывалась. Дома она отошла. На следующее утро она была абсолютно подавлена случившимся.
— Ее с нами не будет сегодня вечером?
— Не думаю, только Ангора, Стив, Ласло и одна из его пташек.
— Драгунский полк, — отозвалась Белла.
Но она не могла устоять перед возможностью еще раз увидеть Стива.
В последнем акте она забыла текст, и Уэсли Баррингтону пришлось ее вытягивать. Под конец много аплодировали ему и дублерше.
— Позади нас — Роджер, — шепнул Уэсли, когда они, кланяясь и улыбаясь, отвечали на последний вызов публики.