Луку проводили в маленькую спальню на последнем этаже дома. Некогда это была комната горничной, и, кроме односпальной кровати, там стояли только гардероб и высокий комод. На полу перед кроватью лежал небольшой плетеный коврик.
София принесла из комнаты Майкла пижаму, а Тереза взяла в прачечной чистую смену постельного белья. Мойра прокралась на кухню, налила в несколько мисок кипяток, прихватила из аптечки бинты и антисептик.
Лука сунул пистолет под подушку и переоделся, оставшись в одних пижамных брюках. Повязка на плече задубела от запекшейся крови. Окунув чистую тряпицу в горячую воду, Тереза предупредила:
– Мне нужно продезинфицировать все плечо, поэтому вам лучше бы снять эту цепочку.
Глядя на снующую по комнате Терезу, Лука снял цепочку с маленьким золотым сердечком и тоже сунул под подушку. Ощупав повязку, Тереза сказала:
– Придется размачивать, иначе легко не снимется, а я не хочу бередить рану.
София на цыпочках поднималась по лестнице с бутылкой бренди и стаканом в руках. Повернувшись к Мойре, она спросила шепотом:
– Я правильно поняла, это то, что она просила?
Мойра тоже шепотом ответила:
– Он сунул под подушку пистолет. Может, если его напоить, он отключится и мы сможем забрать оружие.
София передала ей бутылку и стакан.
– Я тут ни при чем. По мне, лучше было бы позвонить в полицию. – Она замолчала, так как в это время Лука застонал, и Тереза подошла к двери.
– Мне понадобится ваша помощь. Нужно извлечь пулю, а я даже не знаю, то я делаю или нет. Он потерял много крови, у него бред. Мойра, ты проверила, из сумочки ничего не пропало?
София фыркнула:
– Может, прекратим эту самодеятельность и вызовем врача? Если не удастся остановить кровотечение, он умрет, и что нам тогда делать? Мойра, он ничего не взял?
– Да не умрет он! – резко возразила Тереза. – Я просто хочу, чтобы он поправился и убрался отсюда как можно быстрее. Кто из вас мне поможет? Я не очень хорошо вижу. И вот еще что: чтобы извлечь пулю, мне понадобится тонкий пинцет.
Мойра попятилась:
– Не смотри на меня, я не могу, правда не могу. То есть, конечно, я сделаю все, что ты попросишь, но от вида крови мне становится дурно… Лучше я пойду проверю, не пропало ли что из сумочки.
София вздохнула и нехотя согласилась помочь, однако в душе она все еще считала, что они зря оставили парня на вилле. На нижней площадке лестницы Мойра встретила Розу. Девушке не терпелось узнать, что происходит, и Мойра, понимая, что не стоит болтать лишнего, но, будучи не в силах удержаться, рассказала все. Потом они вместе проверили сумочку.
Лука лежал с закрытыми глазами, на рану была наложена чистая марля, но кровь продолжала сочиться. В комнате было душно от запаха антисептика и пара, поднимающегося над стоящими на комоде мисками с кипятком.
София взяла пинцет, подошла к Терезе и склонилась над кроватью.
– Мистер Морено, я принесла вам бренди. Советую выпить, потому что будет очень больно, а обезболивающего у нас нет.
Лука замотал головой. Тереза повернула лампу и направила свет прямо на открытую рану:
– София, ты видишь пулю?
София кивнула. Пуля застряла в мякоти на глубине примерно полутора дюймов, и кожа вокруг раны покраснела и опухла. Она наклонилась еще ниже:
– Вы в порядке?
Лука, стиснув зубы, кивнул.
София не стала смачивать марлю, а просто залила антисептиком плечо раненого, потом подняла голову и посмотрела на Терезу.
– Ну ладно, я попробую вынуть пулю. – Снова склонившись над Лукой, она спросила: – Вы точно не хотите глотнуть бренди?
– Нет, делайте что нужно.
Когда София стала прощупывать рану, Тереза не выдержала и отвернулась. Лука сморщился и зажмурился, но из глаз все равно потекли слезы, боль была невыносимая. Пинцет был слишком маленький, и Софии никак не удавалось захватить пулю. После двух неудачных попыток она сдалась. В это время Лука испустил долгий прерывистый вздох и потерял сознание. Тогда София промыла пинцет, раздвинула его концы как можно дальше и решила повторить попытку:
– Попробую еще раз, по крайней мере, теперь он ничего не почувствует, он отключился.
Но прежде чем вынимать пулю, София сунула руку под подушку и достала пистолет. Лука не шелохнулся.
– Поправь свет. Ну что, начинаем?
София возилась с пулей пятнадцать минут, и в конце концов ей удалось ее вытащить. Она бросила пулю в миску. Из раны шла кровь, Тереза быстро наложила тампон и наклонилась, чтобы пощупать пульс.
– Матерь Божья! – взвизгнула она. – Я не могу нащупать пульс… София, у него нет пульса!
София оттолкнула ее и сама приложила руку к шее раненого. Пульс едва бился. Из раны все еще сочилась кровь.
– Рана слишком большая, так она не заживет. Придется наложить швы. Тереза, принеси иголку и хлопчатобумажные нитки, поживее.
