(Из сонета Николая Гумилева)
Действительно, это совершенно другой мир. Теперь он понимал, каково было Ароису, когда он впервые оказался на 'черном берегу'. Однако любоваться красотами города у него еще буде время, подумал Ширас и решил заняться тем, зачем сюда приехал.
Оказалось, что в порту одна единственная таверна. Туда он и направился.
В таверне было просторно, светло и чисто, но обстановка простая, и люди, сидевшие за столиками, хоть и были по-разному одеты, держались просто и свободно. Тут подавали свежую жареную рыбу и белое вино, а румяные еще плоские хлебцы из белой муки, соленый сыр и зелень. Ширас набрал себе всего побольше, потому что от прогулки в порту у него разгулялся аппетит.
Удовлетворив свой первый голод, он стал приглядываться к посетителям. Судя по всему, здесь в основном моряки, купцы и солдаты, но есть и обычные горожане. Их быструю речь Ширас понимал не слишком хорошо, приходилось напрягаться вслушиваясь. Потом, решив, что тратить время впустую глупо, стал подсаживаться то к одному столику, то к другому столику и задавал вопросы, называя имена Семнорфа, Голена, Эфрота, Маврила и его сестры Евтихии. Не знает ли кто-нибудь что-то о судьбе этих людей?
Ширас был поражен тем, что люди, услышав, о чем идет речь, мгновенно утрачивали всю приветливость и замыкались, ограничиваясь односложными ответами 'нет' и 'не слышали'. Возможно, в его исполнении фразы эти звучали несколько коряво, потому что даже до примитивного владения языком Ширасу было далеко, но бывший бандит не мог не заметить настороженности, с которой на него начали оглядываться.
- Тут определенно что-то не так, - рассуждал он про себя, - Слишком уж странно все реагируют. И что такого может быть связано с теми, о ком просил узнать Ароис?
Пока он, задаваясь этим вопросом, задумчиво оглядывал зал таверны, к его столику подошел юноша разносчик. Он протер столик тряпкой, собрав крошки, и, словно невзначай, обронил фразу:
- Вас хотят видеть, - одновременно показывая глазами на коридорчик, ведущий в сторону выхода во внутренний двор.
Ширас разобрав из этого всего только взгляд, показавший направление, в котором следует смотреть (все-таки профессиональные качества бывшего бандита были универсальны, почти), взглянул туда, куда ему советовали.
О... Там стояла рослая девица в белой вышитой рубашке, открывавшей стройную шею и верхний краешек сочного бюста, и темно-синей юбке до шиколоток. Аккуратные ножки в черных туфельках нетерпеливо притопывали. Девица показалась Ширасу сказочно прекрасной. Ее янтарные глаза манили как звезды, а светло-каштановые волосы с яркой рыжиной добили беднягу окончательно. Девица быстро пробежалась глазами по залу, а потом сделала жест рукой, подзывая его. И Ширас как загипнотизированный пошел к ней. Сейчас он бы не заметил никакой опасности, даже если бы шел по горящим углям или по битому стеклу босиком.
Прекрасная дева скрылась за дверью, Ширас вышел вслед за ней. А дальше он уже ничего не помнил, потому как получил знатный удар по затылку, смягченный плотным слоем шерстяной ткани, которой была замотана скалка. И сделано это было не из боязни причинить подозрительному типу телесные повреждения, а исключительно во избежание лишнего шума.
Пришел он в себя в каком-то подвале, привязанный к кровати и с кляпом во рту. Рядом сидел дюжий парень, кулачищи которого очень внушительно смотрелись, сложенные на коленях.
- Мама, - подал голос парень, увидев, что Ширас открыл глаза, - Он очнулся.
- Иду, - послышалось снаружи, и в каморку вплыла пожилая дородная женщина в белом переднике с тряпкой в руке.
Откровенно говоря, Ширас напрягся, ему вовсе не нравилось то беспомощное положение, в котором он оказался. И где, спрашивается, была его дурацкая башка, когда он пялился на ту красотку? При воспоминании о красотке с темно-рыжими волосами бывший бандит испытал сожаление. Но долго предаваться сожалениям ему не дали.
- Кто ты и почему задаешь эти вопросы? - голос у женщины негромкий, но требовательный.
Ширас показал глазами на кляп. Получив возможность говорить, сказал:
- Развяжите меня.
- Ага! Щас. Пока я не узнаю, за каким чертом ты интересовался Голеном, тебя не только не развяжут, ты вообще отсюда не выйдешь! - толстуха была настроена весьма серьезно.
Ширас смачно выругался на родном языке.
- А, так ты с 'черного берега'? Какого черта тебе здесь надо?
- Меня попросил узнать о них друг! - выкрикнул Ширас, коверкая слова и начиная терять терпение.
- Не кричи, не то, снова получишь скалкой по кумполу, - спокойно произнесла женщина.
Что такое 'скалка' и что такое 'кумпол' бывший бандит не знал, но по тону понял, что это реальная угроза. А потому сказал уже спокойным тоном:
- Я приехал узнать. Друг просил.
- Что за друг? - прищурилась толстуха, - Ну-ка, расскажи, как выглядит твой друг?
С трудом подбирая слова, Ширас описал Алексиора. Толстуха с парнем переглянулись, потом она спросила:
- Почему ты это для него сделал?
- Долг жизни, - ответил Ширас.
Те двое переглянулись снова, потом женщина осторожно начала:
