Стакс пикнул ключами, подзывая машину к самому входу. Дневные экраны опущены, машина встречает его навязчивым «Предупреждение», словно без него Стакс не знает, что вышел на дневной свет. Двигатель работал, Стакс отъехал от управления, обогнал машину Верола. Оставалось шесть часов на сон. Нужно было провести их с пользой.
***Смена прошла, на удивление, хорошо: смерть одного не должна отражаться на остальных. И народ прекрасно провёл время.
Стакс выделяется белым пятном на фоне стены, дрон летает вокруг, проецируя сзади на фон его руки, лицо. В отличие от Романа, который подключает себя к пульту напрямую, Стакс надевает когитарный полушлем на голову и плечи, который позволяет управлять музыкой непосредственно с помощью мысли. Частота, темп, репиты, перкуссия, искажения… Световое шоу отвечает движениям пальцев. Подчёркивает темноту зала. Яркие вспышки танцующих. Он чувствует себя богом перед ними. Дирижёром, умело манипулирующим своими клубными детками, их настроением, возбуждённостью. Биты отзываются в сердце, басы вибрируют на коже, проникают в кости. Стакс кричит, но его едва слышно — зато их рёв сотрясает стены. Кирен и Джейк за барной стойкой перекидывают друг другу разноцветные, наполненные светом бутылки, направляют их содержимое в стаканы, перемешивают, получая поистине грандиозные коктейли. Девочки в платьях под цвет волос неспешно курсируют по залу, разнося напитки, обслуживая посетителей. В перерыв он и сам там будет. Помогать, развлекать, эпатировать.
Двух полицейских, пришедших в клуб, он даже не заметил. Они ему неинтересны. Для таких, как они, существует Верол…
Стакс шёл на парковку, отбрасывая блики на пол служебного коридора, в голове ещё играла музыка, заставляя тело двигаться в такт. Ноздри щекотал красноватый порошок, который он вынюхал с плеча какой-то девушки. Или парня. Важнее было то, что наркотик расслаблял. Стакс привык спать на заднем сидении после рабочей ночи, вытянув ноги под самую крышу, пока машина сенсорами автоматического управления прокладывает себе дорогу домой. Шесть девятичасовых смен подряд, потом выходной — и снова. Он сам выбрал для себя такой график.
По коридору распространялся металлический запах. Чем дальше — тем он казался гуще. Кровь. Явно не человеческая — запах сладковатый. В голову полезли разные мысли: здесь же повсюду камеры, как…
Стоило ему выйти из коридора, он увидел.
Парковку огласил не то крик, не то рык:
— ВЕРОЛ!..
Верол прибежал в тот момент, когда Стакс, подстёгнутый адреналином, уже размотал пожарный шланг и срывающимися руками открывал воду.
— Что же ты делаешь, это же улики!
Струя воды ударила в потолок. Стакс оттолкнул его.
— Ты знаешь, насколько плохо она оттирается, когда засохнет?
— Прошу тебя, давай подождём полицию. Посиди в сторонке, я со всем разберусь. Мать тебе воздаст.
Верол стоял предостерегающе подняв руки, отводя одной в сторону выключенный шланг.
У Стакса глаз дёргается, взгляд безумный. Он с рыком отпустил шланг и, не оборачиваясь, дошёл до стены, где резко развернулся и сел прямо на бетонный пол. С него стекала вода.
— Завтра меня не жди.
Верол выдохнул. Прямо за ним стояла белоснежная машина Стакса, а перед ней в огромной красной луже лежали оба недавних детектива. И следы шин. Тот, что помоложе, даже пистолет не успел достать…
Стакс так и сидел у стены, пока Верол вызывал и встречал оперативную бригаду и труповозки. Буравил взглядом кровавую россыпь на своей машине, вмятину от выстрела на двери. Шины в застывающей кровавой луже. От медицинской помощи он отказался.
В таком бешенстве Верол его не видел даже восемь лет назад, когда Табу только открылся. Ориентированный на межвидовую публику — неслыханно! Кто-то — Стакс его потом нашёл — спроецировал на стены фото молодого, ещё с тёмными волосами, Стакса с человеческой девушкой весьма откровенного содержания. Напарник Верола всегда выходил на эпатаже, поэтому он только широко улыбнулся — и поддерживает подобный образ до сих пор. Правда, на несколько секунд, его лицо было таким же…
Оперативная бригада работала быстро. Трёхмерное экранное сканирование местности, фотографии, образцы. Вампирам разрешили остаться при условии, что ни Верол, ни его коллега не будут создавать проблем, и Верол вежливо стоял поодаль, не мешая. Молча наблюдая. Некоторые процедуры он никогда вживую не видел, пусть и очень интересовался. Как то — сиккулярный лазерный анализ пятна. Суть его в том, что кровь, как и любая жидкость, при высыхании, проходит определённые стадии. И, если время высыхания на каком-либо участке неравномерно — посредством анализа можно было узнать его очертания.
Стакс волком смотрел на людей в форме. На тех, кто увозит тела. Весь эффект от наркотика прошёл, оставляя неприятную дрожь в теле. Когда уехал последний служебный автомобиль, он снова встал, молча подобрал пожарный шланг и направил в борт своей машины.
— Отойди.
Мощная струя воды едва не сбивает с ног.