«18 августа 2063 года. Греческий античный автор Афиней, правильно заметил: «Пьяный мужчина звереет, а женщина — беременеет». А древнегреческий поэт Алексид справедливо утверждает: «Не странно ли — всегда в большой чести у девушек; Вино постарше, а мужчина свеженький». Что еще можно добавить? Милана была всегда мне верной женой, я благодарен Ур-Ану за то, что он послал ее мне как Звездную пару. Если она иногда вела себя не как женщина, любящая своего мужа, то это не ее вина, это было продиктовано многими обстоятельствами, из-за которых ее упрекнуть нельзя. Это — жизнь, ее правила, которые не возможно ничем изменить…»
Милана и Гарат лениво разговаривали в шатре царицы Альси, наслаждаясь мягкими шкурами барсов и подушками.
— Тебе жить намного легче, чем мне — тяжело вздыхая, говорила Гарат. — Я молодая девушка, которую Великий Хронос заставляет выглядеть горой с ледяной вершиной. Люди обходят меня стороной, падают предо мной на колени, кланяются до земли и шепчут вслед просьбы. Как мне надоело это! Я все понимаю, но ничего не могу сделать. Я слышу голос Хроноса в своей голове и не могу избавиться от него. Я имею знание всей Вселенной, которое не все нужно мне и не все можно использовать на этой планете Таэслис. Зачем мне сейчас знать историю миров, на которых я никогда не была? Как можно использовать знания о полетах одной из отдаленных планет, если мир Солимос имеет другой состав ветра и не имеет нужных металлов? Моя бедная голова перегружена знаниями. Представляешь, если бы я говорила тебе обо всем, что я знаю, то я бы раньше состарилась, чем успела рассказать даже четверть своих знаний. Я знаю и умею то, что недоступно обычному человеку.
Милана слушала, не перебивая. Жалобы Гарат ей приходилось периодически выслушивать.
— Я хочу побыть девушкой, которую любит мужчина! Хочу встречать с ним рассвет, смотреть закат солнца, любоваться небом, по которому бегут белые облака, бродить в лесу, подернутому туманом…
— Ты, Гарат, имеешь мужа…
— Имею! Только он такой же, как и я! Холодный и молчаливый. Несколько дней мы были счастливы. А теперь мы мало с ним разговариваем. О чем? Он знает почти все, что и я. Он замкнут на своей идее. Он часто не знает, что сейчас: день или ночь. Он мало обращает на меня внимания, еще меньше уделяет мне внимание как женщине. Мы уже давно надоели друг другу. Мы Звездная пара не только на Таэслис, но были ей раньше в других мирах. Мы выполняем свой долг перед Вечностью. Наш брак — почетная обязанность перед Хроносом. Вечных всего четверо на Таэслис. У каждого из нас своя миссия. Одна из моих миссий — родить двух детей, двух Вечных. Так было всегда…
Гарат тяжело вздохнула:
— А ты представляешь себе, что это такое: быть звездной матерью в семнадцать лет?! Смотреть на все окружающее взглядом старухи, которой девяносто, нет девяносто тысяч монколосолан? Мне тоскливо, Милана!
— А чем занимается твой муж?
— Он архитектор в этом воплощении. Он задумал призвать весь народ Россов на Таэслис из других миров. Для этого он вычисляет формы для объемного построения формул Соннат. Это огромные сооружения с квадратным основанием и тремя гранями, соединенные вверху острием. Алрас считает, что их будет видно в других мирах через матрицу Таннос.
— И какой же высоты должны быть эти постройки? — спросила Милана, которую заинтересовали эти таинственные сооружения.
— Чуть меньше половины полета стрелы.
— Тогда они будут высотой почти до неба! — восхитилась Милана.
— Только из камня, — добавила Гарат.
— А где они будут построены?
— Алрас еще не решил, — ответила Гарат. — На их постройку пойдет много тысяч каменных блоков.
Милана промолчала, представляя себе гигантскую постройку.
— Милана, я хочу попросить тебя о помощи.
— Чем я могу помочь тебе, Гарат?
— Я хочу ближе узнать тинийцев. Очень близко. Как ты на празднике Ур-Ана. Понимаешь меня?
— Но, Ваша Вечность… — Милана даже не нашла слов.
— Я хочу понять тинийцев! — продолжала Гарат. — Почувствовать их. Узнать их души, пропустив через свое сознание. Я хочу все о них знать. Я хочу, что бы ты сопровождала меня, и никто не догадался, зачем мы поехали. Ты мне поможешь?
— Что я должна сделать?
— Нас тут никто не знает. Возьмем лошадей и уедем вечером из Тарса, переодевшись в одежду тиниек. Найдем молодых поселян-пастухов. И получим удовольствие, которое мужчины нам любят дарить, — Гарат лукаво склонила голову.
