Як вылезешь из-за кросен [ткацкого станка] и идешь спать — накрывай кросна рушником, иначе придет домовик и будет ткать. Не хотели этого, потому что это нечистый. Домовик — это умерший колдун, который сорок дней ходит. Залезет за кросна и ткет. И если после него кто сядет за кросна, то может заболеть. Домовика не видишь, а слышишь. Он или ведром стукнет или дверной щеколдой. А бывало, что и увидишь, но мало кто видел (с. Хоромск Столинского р-на Брестской обл., 1984 г.).

Наиболее важные функции домовика связаны со скотиной и с хлевом. Отношения домашнего персонажа со скотиной не зависят от того, один ли домовик или делит свои полномочия с «коллегой» хлевником. Как и в русских поверьях, домовик может опекать одних домашних животных, любить (они ему «по масти») и не любить или мучать других (они ему «не по масти» или, как еще говорят в Гомельской области, «не по хлеву»).

Пахота. Фрагмент картины. 1897.

Muzeum Narodowe w Warszawie

На западе Белоруссии считают, что скот мучает черт или некая обобщенная нечистая сила. Исключительно вследствие своей демонической природы они гоняют, щекочут, царапают скот, из-за чего тот потеет, худеет и может заболеть. В центральных районах подобные действия приписывают ласке и домовику, а в восточных районах, прилегающих к русской территории, еще и объясняют «объективными обстоятельствами» (любит — не любит, в масть — не в масть). Домовик любит заплетать в косы, скручивать коню гриву и хвост. На востоке Белоруссии это считают хорошим знаком, как и в русской традиции, проявлением его любви к скотине. В центральных и западных частях Белоруссии эти неизбежные действия воспринимают как неприятные.

Отношения человека с домовиком весьма неоднозначны и зависят от статуса этого персонажа. На востоке Белоруссии, там, где домовик считается покровителем хозяйства, а его присутствие в доме расценивается как норма, при переезде в новый дом домовика забирают с собой с помощью ритуальных действий.

Как строят хату, платят — деньги кладут в тот угол, в покуть [в красный угол] — домовику. Приглашают в хату: «Приходи жить!» Он тогда уже не трогает хозяина (с. Симоничи Лельчицкого р-на Гомельской обл., 1986 г.).

На русской территории этот мотив известен повсеместно. Характерно, что в Брестской области, где такой ритуал отсутствует, перевод домового в новый дом расценивается именно как элемент русской, а не своей традиции.

Там, где домовик считался опасным для человека и скотины, применяли обереги и отгонные средства. В комплекс универсальных оберегов от нечистой силы входили освященные вещи (святая вода, самосейный мак и травы), острые и колючие предметы, которые затыкают в окна и двери хлева. Чтобы домовик не гонял скотину, в хлеву вешали зеркало, мужские штаны (лучше исподние) или пояс. Но лучшим средством от домовика считалась убитая сорока или ворона, которую вывешивали на шесте перед хлевом или в самом хлеву.

ЛАСКА

В белорусской мифологии ласка (ласица, подласица) — небольшой хищный зверек из семейства куньих — связана со скотом и обитает во дворе или в хлеву. На востоке Белоруссии ласку считали домашним покровителем, благоприятно действующим на скот и способствующим его здоровью и плодовитости. Здесь ласку даже называли домовиком: «Ласичка — да той самый домовик» (с. Заспа Речицкого р-на Гомельской обл.), однако воспринимали не как домовика в облике животного, а как самостоятельного мифологического персонажа. В некоторых селах ее противопоставляют домовику (ласка живет в хлеву, а домовик — в доме, ласка связана с коровой, а домовик — с лошадьми, ласка гоняет коров, а домовик заплетает гривы коням). Однако ласка не опекала все хозяйство в целом, а только следила за скотиной.

Ласица ходит и плетет гриву лошади. Которую масть полюбит. Грива заплетена, значит, любит ее. Щекочет и гоняет скотину, гоняет по хлеву. Домовик в хате, наверху сидит, за печной трубой (с. Барбаров Мозырского р-на Гомельской обл., 1983 г.).

Перейти на страницу:

Похожие книги