В наушниках заиграла знакомая до умопомрачения и переслушенная тысячу раз песня "Smells Like Teen Spirit" — одна из самых известных мелодий легендарной группы Nirvana, которую Яр обожал с подросткового возраста, как и ее вокалиста и гитариста Курта Кобейна, покинувшего этот мир еще в далеком 1994 году, но оставившим большой след в истории музыки и в сердцах людей. Если под первую мелодию Яр расслаблялся, всецело отдаваясь музыке, то при первых же аккордах гитары второй его словно ударило током, и он, не в силах оставаться таким же спокойным, в такт музыки замахал головой, шепотом повторяя слова песни, которые отлично знал много лет. Одновременно с этим, испытав какое-то удивительное чувство злого вдохновения, Ярослав достал планшет, включил фотошоп и принялся рисовать женский портрет. С магией живописи этот парень был на короткой ноге, а потому между ним и искусством создания изображений царило полное взаимопонимание, гармония и любовь.
Уверенные штрихи, легкие мазки, скользящие движения левой руки, в которой был зажат черный стилус — компьютерное перо, появляющееся и исчезающее меню выбора цветовой палитры и кистей, касания сенсорного экрана указательным и большим пальцами, чтобы изменить масштаб изображения — и у Ярослава получились наброски для портрета. Под чуткими руками юного художника он постепенно приобретал все более и более знакомые очертания и цвета.
Слегка склоненное к плечу угловатое симпатичное лицо с высоким лбом и упрямым, чуть вздернутым волевым подбородком. Несколько глубоко посаженные — глубже, чем того требует идеал — графитно-серые глаза удлинённой формы. Широкие скулы, прямой нос, коричневые брови вразлет. Темно-пшеничные волосы со светлыми мелированными прядями.
Вскоре можно было понять, что с экрана планшета на мир смотрит Настя, чуть прищурившись и недобро поджав губы. Ярослав отлично смог передать ее плохое настроение.
— Ведь ты вроде бы ничего, — проговорил он почти ласково, вдруг вспомнив, в какой ступор вогнала его эта сумасшедшая, когда они только увидели друг друга около клуба "Горячая сковорода". Именно поэтому он и стал хамить, чтобы у Шейка ничего не получилось с ней — стало вдруг невыносимо думать о том, что и она тоже станет очередной жертвой пикапера. Правда, как он понял потом, такие как она — не жертвы, а самые настоящие охотники. Если честно, такие девушки — умеющие за себя постоять, напористые, упрямые, гордые и смелые Яру нравились. Но конкретно эта кулема бесила. Всем, чем только может раздражать человек: от внешности, особенно от этих серых глаз с вечным царским прищуром, до характера, хотя, конечно, Яр так до конца не понял эту Настю. И надеялся никогда не понять. Потому что понять человека можно, если ты с ним общаешься, а общаться с овечкой в ближайшие много веков в планы Ярослава не входило. Он вообще опасался, что психическое состояние Анастасии заразно, а становиться такой, как она, ему совершенно не хотелось.
Девушка, смотревшая на художника с экрана планшета, была с ним полностью согласна — она тоже боялась заразиться от Ярослава какой-нибудь дуростью.
— Вроде бы ничего, — повторил парень, чуть склонив голову влево, — но с черепной коробкой ведь явно не дружишь, мисс, — с этими словами Ярослав ловко пририсовал Насте знатные боярские усы и жиденькую мушкетерскую бороденку — видимо, недавняя травма все еще беспокоила парня.
Это заставило молодого человека весело похмыкать.
— Ты — неадекватная. — С этими словами Яр, отлично рисующий и отменно разбирающийся в фотошопе, видоизменил нос Насти, сделав его большим и грушевидным. — Дерзкая и истеричная.
Несколько коротких штрихов и смешок — и Настя могла похвастаться пушистой монобровью — вместо двух аккуратных, скептически вздёрнутых бровей на ее симпатичном лице с упрямо сжатыми губами появилась одна: широкая и длинная, похожая на застывшую ехидную гусеницу.
— И манер у тебя нет. — Теперь парень щедрою рукой подарил девушке россыпь прыщей, а также знатные мешки под глазами, словно она пила без просыху недели три. После у девушки появились уши-лопухи и кривой зуб, наезжающий на нижнюю оттопыренную губу.
— Прэлэсть, просто прэлэсть, — сказал довольно Яр, любуясь. — На аватарку.
"
