Белые лилии полностью

Мое сердце бешено бьется. Нет! Эрин – наш буфер. Она сидела бы между нами. Если бы она была здесь, мне не пришлось бы даже смотреть на Гриффина. Я могла бы притвориться, что его здесь вообще нет. Она хоть представляет себе, что наделала?

Мне надо уйти. Я могу придумать какую-нибудь отговорку и уйти. Я пытаюсь что-нибудь придумать, но так, чтобы Гриффин не запереживал, что это связано с ребенком.

Я не успеваю ничего сказать, потому что он протягивает руку, чтобы помочь мне подняться:

– Пошли!

Я смотрю на его руку так, словно обожгусь, если прикоснусь к ней. Я точно знаю, что именно это и произойдет. Может, я смогу пережить это мероприятие, если он не будет ко мне прикасаться. Я могу сосредоточиться на матче. На толпе. На еде. На чем угодно, лишь бы не на Гриффине. Я злобно смотрю на него.

– Я еще не настолько растолстела, Гриффин. Думаю, я все еще могу встать без посторонней помощи.

Не обращая внимания на его руку, я встаю и засовываю руки в карманы.

– Извини. Просто хотел помочь.

Когда я встала, Гриффин заметил мой слишком большой свитер.

– Ты в нем выглядишь как юная школьница, – фыркает он.

Не знаю, как стоит воспринимать этот комментарий, поэтому просто пожимаю плечами:

– Ну, эта школьница проголодалась. Купи мне хот-дог.

– Ты же знаешь, что в них куча нитратов, да? – Уголки его губ ползут вверх. Эрин и Гриффин не особо контролируют, что я ем и пью. Они даже не спрашивают меня про еду и не заставляют за этим следить. Так что он либо меня дразнит, либо ему нравится со мной ссориться.

– За это ты купишь мне два хот-дога! – говорю я и решительно шагаю впереди него. За спиной я слышу его смех.

Мы стоим в длинной очереди за хот-догами, и я чувствую радостное возбуждение. Ничто не сравнится с живым спортивным состязанием. Не важно с каким. Бейсбол. Регби. Футбол. Ощущения всегда одинаковые. Чувство товарищества между фанатами. Запах попкорна, чипсов и жареного мяса. Толкучка, когда все спешат на свои места перед началом игры. Это опьяняет. И судя по выражению лица Гриффина, ему это нравится не меньше, чем мне.

Кто-то толкает Гриффина в спину, отчего он наскакивает на меня и чуть не опрокидывает на землю. Он успевает меня поймать, прежде чем я упаду лицом на стойку.

– Ты в порядке? – Гриффин обеспокоенно оглядывает меня сверху вниз, словно это могло как-то навредить ребенку.

Я пытаюсь найти хоть какие-нибудь слова, но мой мозг полностью занят ощущением крепкого объятия сильных рук Гриффина. Его большие ладони почти целиком охватывают мои бицепсы – от плеча до локтя. Тепло его рук растекается по моем телу. Я знаю, что это прикосновение ничего для него не значит. Он защищает меня, потому что я инкубатор, который вынашивает его ребенка. Но мое тело все равно отвечает на его прикосновение.

– Скай, ты в порядке? – Голос Гриффина звучит настойчиво и обеспокоенно.

Я киваю. Я молча велю ему убрать руки. Я молча умоляю его не убирать их.

– Да, извини. Просто это было неожиданно.

Гриффин с облегчением опускает руки. Мы еще немного продвигаемся к стойке, и тут до меня доходит, что он назвал меня Скай. Или мне показалось? Не важно. Наверное, опять мои дурацкие гормоны виноваты.

Через несколько минут мы уходим с таким количеством еды, которое двум людям вообще-то нельзя разрешать покупать, и я знаю, что в ближайшем будущем меня ожидают еще пятьдесят километров на велотренажере. Мы идем на свои места, в руках у нас хот-доги, соленые крендельки и конфеты, а еще бутылка воды для меня и пиво для Гриффина.

Джейк достал нам билеты в секцию, зарезервированную для членов семьи. Я улыбаюсь, потому что знаю, что Гриффин будет окружен врагами. Когда мы подходим к нашим местам, он хитро приподнимает бровь и с притворным отвращением качает головой. Может, все пройдет не так уж и плохо.

Забавно сидеть рядом с человеком, который болеет за команду соперника. Один из нас все время кричит, подбадривает игроков или не соглашается с решением судьи. Но наши эмоции никогда не совпадают. Мне это кажется довольно забавным. Гриффину, кажется, тоже. Мы оба страстные болельщики, и нам обоим смешно, что происходящее на поле вызывает у нас противоположную реакцию.

Интересно, как бы все было, если бы между нами сидела Эрин? Она бы тоже кричала? А за какую команду она бы болела? Она разбирается в бейсболе? Ей было бы так же весело и душевно, как нам сейчас? Считала бы она своего мужа неотразимым, несмотря на то что он в свитере с логотипом команды соперника?

Игра крайне напряженная. Разрыв в счете небольшой, и мяч, посланный к правому полю, дает возможность игроку на третьей базе вернуться к дому. Игрок «Янкис» в правой части поля делает просто невероятный бросок к основной базе, минуя срезающего и отправляя мяч прямиком в перчатку кэтчера – как раз вовремя, чтобы его осалить[9].

– И-и-и аут![10] – кричит судья и делает соответствующий жест, что вызывает радостные крики и поздравления у большей части стадиона.

Гриффин вскакивает с места и чуть не запрыгивает на людей, которые сидят перед нами.