– Да! – кричит она. – Будет очень весело! Ой, давай покрасимся завтра! Ты сможешь? – Потом она закатывает глаза. – Боже, я думаю только о себе. Ты же завтра работаешь. Давай тогда в твой следующий выходной?
Я сажусь на кровати и взглядом пригвождаю ее к подушке. Мне нужно, чтобы она меня выслушала и поняла, что я настроена серьезно.
– Эрин, я не пойду завтра на работу. Если говорить точнее, я какое-то время почти не буду работать. Я буду с тобой, когда бы и зачем бы я тебе ни понадобилась.
Эрин открывает рот:
– Но ты же не можешь просто…
– Могу и буду. Если точнее, я уже обо всем позаботилась, и ты ничего не можешь сказать или сделать, чтобы меня переубедить. Так что тебе придется вбить в свою белокурую голову – которая завтра перестанет быть белокурой, – что я тебя люблю и буду с тобой рядом.
Я бросаю взгляд на Гриффина, который все еще что-то печатает на ноутбуке, и вижу, что он улыбается моим словам. Он поднимает взгляд и кивает мне. Мы ненадолго встречаемся взглядами. В глазах Гриффина я читаю благодарность. Признательность. Надежду, что мы сможем сделать что-то приятное в этой ужасной ситуации.
Я возвращаю взгляд на Эрин – она наблюдала за нами. Вдруг она неправильно истолковала наш молчаливый обмен взглядами? Клянусь, что сейчас у меня не было никаких непристойных мыслей. Я открываю рот, чтобы все ей объяснить, но она притягивает меня поближе и передает еще один листок бумаги. На нем только один пункт.
– Это только для тебя, – шепчет мне Эрин.
Я читаю: «
Я встречаю взгляд Эрин. Я знаю об этой ссоре. Отец Гриффина оставил его мать умирать, а сам каждый вечер сидел на диване, пил и смотрел дурацкие передачи по телевизору. То, что сделал отец Гриффина, было ужасно. Сейчас Эрин проходит через то же самое, что и мать Гриффина, и тем не менее она хочет, чтобы Гриффин простил отца?
– Нужно начать работать над этим прямо сейчас, – шепчет она. Она переворачивает листок – на обратной стороне написано имя и номер телефона. – Позвони ему и все объясни. Спроси, захочет ли он встретиться. Я знаю, что он захочет. Он делал попытки связаться с Гриффином, но несколько лет назад перестал пытаться.
– О чем это вы там шепчетесь? – спрашивает Гриффин. – Ты же не поведешь мою жену в стриптиз-клуб, правда?
Мы с Эрин смеемся. Ну, может, и не в стриптиз-клуб, но мы с Бэйлор включили в список нечто не менее колоритное.
– Есть еще один пункт, – говорит Эрин. И кивает на изначальный список, который она мне дала.
Я опускаю глаза на последнюю строчку.
– Ты хочешь совершить чудо? – Я изумленно смотрю на нее.
– А что такого? – невинно пожимает плечами она. – С парашютом мне тоже нельзя прыгать, но я все равно включила это в список.
Она разглаживает мой список, который помялся, когда мы обнимались.
– Так, давай теперь посмотрим на твои предложения. – Эрин читает первый пункт, и глаза у нее тут же наполняются слезами. – Ты серьезно? Я бы никогда не попросила Бэйлор и Гэвина об этом.
Я качаю головой.
– Они сами предложили. Они хотят, чтобы ты смогла увидеть появление ребенка на свет. Они хотят, чтобы ты присутствовала при рождении их малыша. Подержала в руках младенца, который родился всего несколько минут назад. Я знаю, что это не заменит Горошинку, но…
– О боже! – Слезы стекают по ее теперь уже улыбающимся губам. – Да! Скажи им, что я согласна! И спасибо! Скажи им спасибо. Поверить не могу! Это такая честь для меня.
Она поворачивается к Гриффину, и я тоже обращаю свой взгляд на него.
– Грифф, ты слышал? Я увижу, как рождается ребенок. Представляешь?
– Это просто невероятно. – Губы Гриффина сжимаюся в тонкую линию. Его взгляд направлен на мой живот, где его ребенок растет целым и невредимым, пребывая в счастливом неведении о том, что его мир меняется еще до того, как он родился. Гриффин тоже переживает за судьбу мальчика, о которой мы позаботимся позднее?
До меня доходит, что я впервые назвала ребенка мальчиком. Да, думаю, это мальчик. Внезапно я чувствую острое желание это выяснить. Эрин должна узнать пол ребенка. Я мысленно делаю еще одну пометку: поговорить попозже с Гриффином.
Прочитав следующий пункт списка, Эрин краснеет.
– Посмотреть порнофильм? Серьезно? – шепчет она.
Гриффин громко смеется у нас за спиной. Очевидно, шепот Эрин оказался не таким тихим, как она думала. Интересно, то, что мы говорили про его отца, он тоже слышал?
– Да, совершенно серьезно. Но только если ты ни разу не смотрела.
Насколько я могу судить по реакции Эрин, с этим пунктом я попала в точку. Каждый должен в своей жизни посмотреть хотя бы один порнофильм.
Эрин не обращает внимания на мой вопрошающий взгляд и зачитывает следующий пункт:
– Провести ночь… где?! – Она смотрит на меня широко раскрытыми глазами. – Разве это не самый дорогой отель в Нью-Йорке?
Я бросаю взгляд на Гриффина. Он тут же начинает что-то печатать на клавиатуре. Ага, он в деле. Вот и хорошо. Кажется, он говорил серьезно. Я возвращаю взгляд на Эрин и пожимаю плечами.
