Сергей НЕХАМКИН
Белые, но не пушистые
Письмо белогвардейцев Сталину. Документы
Ответить на вопрос корреспондента "Известий" Сергея НЕХАМКИНА "Что было бы, если бы в Гражданской войне победили белые?" доктор исторических наук Виталий ЕРШОВ согласился охотно. Может быть, потому, что знает, как было бы. Ершов занимается послереволюционной военной эмиграцией, куда входят "Русский общевоинский союз" (РОВС), "Братство русской правды", "Национальный центр" и другие активные организации, объединявшие за границей разгромленных генералов, штабс-капитанов, поручиков. Вплоть до 1945 года в парижах и белградах они мечтали о победном возвращении в Россию. Но для того чтобы вернуться, надо было разобраться в причинах проигрыша. Об этом писали внутренние аналитические записки, вели дискуссии на страницах газет, размышляли в частной переписке...
Повесив Ленина и Троцкого
В истории Гражданской войны действительно есть несколько моментов, когда белые совершенно реально могли одержать военную (подчеркну - военную) победу. Деникинские части подходили к Туле, Юденич стоял под Петроградом, Ленин и Дзержинский готовили партию к уходу в подполье. О чем это свидетельствует? О том, что белые были отличными военными профессионалами, ведь дрались часто в численном меньшинстве и в несравнимо худших условиях.
Но политиками они были абсолютно никудышными. И ошибка номер один неопределенность цели, за которую боролись.
Белые мечтали под колокольный звон въехать в поверженную Москву. Мечтали отомстить. Мечтали повесить Ленина и Троцкого. Но никогда они не говорили о том, что собираются делать дальше. Провозглашался лозунг "непредрешенчества": наше дело избавить страну от большевиков, а там пусть Учредительное собрание решит судьбу России. Здесь изначально скрывалась определенная абсурдность. Представим: а если Учредительное собрание выбирает лидером страны человека вроде Керенского или Милюкова - этих погубителей (с точки зрения большинства белогвардейцев) великой державы? Слабо верится, что офицеры, проливавшие кровь на фронтах Гражданской войны , согласились бы, одержав победу, безропотно уйти в тень. Маршал Пилсудский после победы в советско-польской войне тоже поначалу ушел на почетный покой. Но вокруг него начали группироваться отодвинутые новой властью соратники - и через пару лет "пан комендант" произвел в Польше переворот.
Расчленение
Трагедия белого движения еще и в том, что своего Пилсудского там не было. В самом начале войны погиб харизматичный лидер - генерал Корнилов. Остались фигуры равновеликие, потому, естественно, возникала борьба амбиций, честолюбий. Белый лагерь объединяла ненависть к общему врагу, однако изнутри его раздирали противоречия.
Сами по себе белые вожди - люди определенного склада: сильные, авторитарные. И не надо разговоров про личное добродушие Деникина или интеллигентность Колчака. Логика борьбы определяла логику поведения. Колчак приехал в Сибирь по приглашению тамошней эсеровской Директории, потом Директорию разогнал (между прочим - с кровью) и стал единовластным диктатором. Все закономерно: идет война, власть должна быть сконцентрирована в одних руках. Аналогичные процессы в 1918-1920 гг. происходили и в других районах России - на севере, на западе... Говорят, что лично Колчак и лично Деникин этой властью тяготились. Но у каждого за плечами стояли молодые честолюбивые генералы, они тоже рвались к власти.
А кроме честолюбивых генералов были и честолюбивые поручики (или есаулы). Вспомните "Тихий Дон" и ныне забытый казачий сепаратизм - один из важнейших факторов Гражданской войны! Вспомните, что в тылу у Колчака сидел атаман Семенов, который лишь номинально признавал адмирала, а на деле ненавидел его, мечтал о собственном Забайкальском государстве и не послал на фронт ни одного солдата (при этом контролировал важнейшую транспортную магистраль!).
То есть сценарий после победы белых вырисовывается такой. Под стволами винтовок избирается некий орган, который провозглашает окончание великой смуты. Возможно, появляется какой-то номинальный лидер и номинальное правительство, для того, чтобы, например, вести международные переговоры. Но фактически страна оказывается поделенной на территории, контролируемые различными военными диктаторами. Так было, например, в Китае 1920-х годов Поднебесную разделили между собой маршалы. Как долго это бы длилось? Да, наверное, до начала 30-х. К этому времени, глядишь, выдвинулся бы какой-нибудь особо волевой и амбициозный лидер (Врангель? Кутепов? Миллер?), который кнутом и пряником начал бы объединять страну. Что дальше? Видимо, на много лет - авторитарный режим, похожий, например, на режим Франко в Испании.
Песни о красных комиссарах
