Наконец, Гали смог приблизиться к первым рядам толкающейся, тараторящий свои вопросы, и слепящей своими магниевыми вспышками своре коллег-газетчиков. В этот момент, все еще немного хмурый взгляд, замершего в стойке "Вольно" орденоносного капитана Авиакорпуса, встретился с его взглядом и на лице бывшего пленника мелькнула улыбка. Моровски явно узнал его, и тут же поднял руку, бесцеремонно останавливая поток сознания одной из репортерш…
— Дамы и господа! У всех у вас много замечательных вопросов. Безусловно каждый из них чрезвычайно важен для американских читателей и радиослушателей. Но позвольте слегка изменить формат нашей беседы. Среди вас есть один человек, которому я сам с большим интересом пожал бы руку, и задал бы свои вопросы. Это настоящий герой журналистики! Вы можете спросить меня, "кто он, и в чем же состоит его героизм?!", и я с радостью расскажу вам об этом. Его имя — Поль Гали — репортер "Чикаго Дейли Ньюс". Не удивляйтесь, друзья! Мой друг Поль не просто газетный репортер, он настоящий американец, да еще и человек с большой буквы, каких не так уж много живет на этом свете. Если бы не наш "рыцарь пера и блокнота", то количество наших с вами соотечественников, сражавшихся за свободу европейских народов было бы куда меньше. Да будет известно дамам и господам, именно Поль является крестным отцом сквадрона "Задиры" авиагруппы "Сокол", которой я имел честь командовать. Он на свои и спешно собранные деньги выкупил в Баффало несколько не новых, но вполне боевых самолетов "Боинг Пи-26". И нашел семерых опытных пилотов, которые, взлетев с французского авианосца, бомбили германские аэродромы вместе с польской и добровольческой авиацией. Расспросите его о той операции, ведь Поль не только ваш коллега, но и участник тех событий. В Польшу он попал, держась за рукоятки французского турельного пулемета, и готовый отстаивать свою жизнь огнем по атакующим его транспортник германским истребителям. С такими газетчиками, как Поль, Америка непобедима!
Эта реплика вызвала у окружающих бурное веселье. А чикагского репортера сразу же окружили заинтересованные лица его соратников из пишущей братии. Тут Павла снова увидела обиженное выражение на лице Кэтрин Джальван и ее готовность ревниво прервать, звучащие в адрес ее коллеги, дифирамбы. Но мощный поставленный голос недавнего командира дивизиона, легко перекрыл возбужденный гомон репортеров, и снова удержал внимание аудитории.
— И самое главное, дамы и господа — все мы с вами американцы! Но американцами нас делает, не место проживания, не язык на котором мы разговариваем, не умение есть индейку и красиво петь гимн нашей страны. Ни даже вовремя уплаченные налоги… Американец, это в первую очередь человек, готовый защитить Америку и ее союзников. Человек готовый защищать демократию и бороться с агрессором во имя мирового содружества наций, не щадя своей жизни. И, прежде, чем вы придумаете новые вопросы… Я прошу вас хорошенько подумать, какие бы ответы от людей рисковавших своими жизнями за союзников Америки, действительно, были бы интересны нашим соотечественникам. Постарайтесь, не обесценивать все перенесенное вашими соотечественниками, пустыми дешевыми и не нужными вопросами. И очень советую вам, расспросите Поля Гали о подробностях его польских приключений. Уверен, он расскажет вам о них намного интереснее, нежели любой их нас — пилотов. Благодарю вас за терпение, дамы и господа! Еще минут пять мы в вашей власти, а потом, просьба отпустить нас из этого нового плена!
Последние слова юного капитана были встречены дружным смехом. Ситуация окончательно разрядилась. Больше никто из репортеров не пытался уязвить своими вопросами возвратившихся на родину ветеранов малопонятной большинству сограждан Польской войны. Еще через десять минут пресс-конференция завершилась, местные газетчики кинулись в свои редакции, а приезжие в ближайшие отделения телеграфа. А измученные марафоном вопросов молодые люди отбыли на торжественный прием в один из особняков Бостона. Впереди их ждали не только застольные речи, но и серьезные беседы с действующими и отставными офицерами Авиакорпуса, и даже встреча с героиней транс-американских "Бендикс-Гонок" Кокран Жаклин, и с героем дальних перелетов Чарльзом Лидбергом…
Гауптман Макс Крюгер прибыл на аэродром Руоколахти вместе со своим командиром авиагруппы оберст-лейтенантом Ровелем. Аппарат без опознавательных знаков тут же закрыли чехлами и замаскировали. Сразу после перелета из Кенигсберга их принимал у себя лично командующий финских ВВС генерал-майор Лундквист. В большом обеденном зале разговор шел на хорошем немецком.
— Я слышал, русские недавно сбили два ваших разведчика, генерал.
