Колеса "Опеля" шелестели по хорошему асфальту. Небо понемногу темнело. Сверкающий огнями Мюнхен давно скрылся за поворотом шоссе. Трасса шла на подъем. Еще через час машина свернула с шоссе на узкую дорогу и сбавила скорость. И без того холмистая местность еще больше повысилась. Справа замаячили еще зеленеющие склоны предгорий.
"Зимой тут, наверное, для лыжников раздолье. И куда это меня сегодня тянут? Ведь не на лыжи же! Явно какую-то интригу мутят".
— Странно, неужели мы уже в Австрии?
— С чего это вы так решили, герр гауптман?
— Вчера меня предупреждали о поездке в Восточную Марку…
— Расслабьтесь, герр Пешке. Альпы теперь почти полностью наши. А вам как бывалому альпинисту должны нравиться горы! Нет? Да и какая теперь разница, мы с вами уже в бывшей Австрии, или все еще в Баварии?
— Никакой разницы. И какая же программа у этого "альпийского тура"?
— Все будет зависеть от вас. Кстати, нам осталось ехать несколько километров. А Хинделанг — это хорошее место для дружеского отдыха. А вам перед новой работой настоящий отдых просто необходим…
— Вы говорите загадками, герр гауптман. А загадки я очень не люблю. Да "кстати"… О цели моей "новой работы" я буду говорить, лишь в присутствии господ Ленберга и Лемке. Да и отдых мне совсем не нужен, тут вы немного ошиблись. И вот еще, герр капитан… Я убедительно прошу передать вашему начальству, что спать с агентессами из прислуги я также не намерен. Ни здесь в Баварии, ни где-либо в других местах…
— Ха-ха-ха! Ваш шеф из СД предупреждал нас, что вы большой оригинал, да к тому же немного параноик. Но я не представлял насколько он прав… Извините меня за "параноика", герр Пешке, и успокойтесь. С вами просто хотят побеседовать…
Перед украшенным фонарями входом в шале Павла огляделась и прислушалась. Построенный в традиционном альпийском стиле дом был довольно большим. Сзади виднелись какие-то хозяйственные постройки. Небольшой флигель охраны прикрывал от нежелательных гостей въезд с дороги. В вечерней дымке угадывались темные громады гор. И еще здесь было очень тихо.
— Ну и какие у вас впечатления?
Павла обернулась на вопрос Пинтша и пожала плечами. Так или иначе он лишь курьер, и говорить предстояло не с ним. В обширном и высоком холле шале весело потрескивал камин. На каминной полке стояли фужеры, и двое мужчин увлеченно рассматривали какой-то альбом. Взгляд разведчика тут же зацепился за знакомые лица. В обсерватории они виделись мельком, но лица этих господ перепутать было сложно.
"Интересно хлопцi скачут (r). Знакомые же лица! Никак я в гостях у самого заместителя главного нацистского пахана и одного из идеологов Аннэнербэ. Ну, ни хрена себе! Это даже похлеще будет пятиминутной беседы на аэродроме с Усатым гадом. Тут явно встреча не детская выйдет. Это до какой же тундры на оленях меня сегодня могут довезти такие беседы?!".
— А вот и наш гость! Благодарю вас Карл, дальше мы как-нибудь сами. Распорядитесь, чтобы нас здесь не беспокоили.
— Все указания уже отданы.
— Вот и отлично! Отдохните пока. Ну, а с вами герр "швед по месту рождения" у нас будет до-олгая беседа. Но не будем слишком спешить, возьмите бокал…
"Чего это он к моим Львовским речёвкам прицепился-то? Я же там, вроде как в Вальхалу собиралась. Или они как раз туда курьера ищут… Наливають это добже. Тiльки бы тут у нас до тостов не дошло. За Усача точно пить не стану! И "уважаю" от меня не услышат. Хрен им с петрушкой в одном салате!".
— Господа. Профессор, я так понимаю, что…
— Вы ведь немного удивлены составом этой встречи, гауптман. Не так ли?
— Возможно, герр профессор, моим предложениям по институту Луны уже дали ход, вот и…
— Вовсе не поэтому, гауптман Пешке! Совсем не поэтому…
— Да, герр Пешке это не совсем мое приглашение. Герр Гесс заинтересован в беседе с вами и сам и по воле Фюрера. И для вас, гауптман, эта нечаянная встреча может оказаться весьма судьбоносной. Мы помним, в Грюнвальде вы своим зажигательным выступлением сумели увлечь наших научных светил. Кстати, доклад герра Пешке о стратосферном прыжке и перспективах высадки на ближайшее к нашей планете небесное тело, и о возможных следах "предтеч" на невидимой нами стороне Луны, уже вышел ограниченным тиражом для научных организаций Рейха. У вас, гауптман, чрезвычайно изощренный мыслительный аппарат.
— Вы мне льстите, профессор.
— Нисколько, гауптман. Даже ваш выдающийся соратник Оберт не смог за несколько лет добиться чего-либо подобного в одиночку. Не стану скрывать, вам была оказана высокая протекция, но… Но я уверен, даже и без нее вы бы много достигли.
— Пожалуй, и я соглашусь с профессором. Оберт велик в первую очередь своими замыслами, а вот вы своими свершениями. Таких людей в мире немного.
— Я уже немного устал от похвал господа. И думаю, меня пригласили сюда совсем не для этого.
— Вы правы, гауптман. Нас с профессором интересуют сугубо практические вопросы. Что вы знаете о нашем движении?
— Не слишком много.
— Что-то помните из книг?
— Пожалуй, отдельные места из "Майн Капф".
— Расскажите нам своими словами…
— Не хочу оказаться неточным чтецом этого труда…
