«С такими мушкетерами не надо гвардейцев», – кажется, невербальным языком местного координатора Кирилл уже овладел в совершенстве, но с выводами решил все-таки не спешить и даже не гадать, чем не угодил. Возрастом? Флэйшару самому вряд ли больше, чем Леве. Национальностью? Понимает язык и вроде даже говорит чистенько, без особого акцента, лишь чуть-чуть картавя, – явно учил не на «отвали». Или?..
– Тревиль мог бы и спросить, в ком нуждаемся
– Рей… – Дорохов сказал это тише, но благо быстро понял, что его все равно услышат все, и не стал темнить. – У нас тут «отечество в опасности», нет? Никого пока свободного у Луи; кто есть, теми и делится. Кирилл как раз реаниматолог, просто учится еще, но его очень хвалят. А Марина вообще не из нашей асклепиадской секты, но уже вскрывает абсцессы.
– Мы будем стараться! – пролепетала Марти.
Как же непривычен был подобный тон от нее, в Москве она вообще не знала, что такое лепет. А здесь прижимала уши при виде почти любого доктора. Кирилл кивнул, но одновременно скрестил на груди руки. Взгляд исподлобья обжег его еще раз.
– Запишите их за собой, считайте, мои протеже, – настойчиво посоветовал Дорохов Флэйшару. Тот сощурился.
– Если не сбегут, от этого я устал. Были у меня волонтеры-туристы…
– Только вперед ногами сбежим, – заверил Кирилл: терпение кончилось, притворяться мебелью он больше не собирался.
На него смотрели так, что сводило зубы.
«Проверим».
