С помощью Хольмана Деникины вскоре нашли сравнительно дешевое помещение в провинции. Они переселились из Лондона сначала в Певенси-Бей, а потом в Истборн. Там их навещали или приглашали к себе и вообще всячески старались рассеять мрачные мысли друзья. Пригласила к себе в имение и Наталия Сергеевна Брасова, морганатическая супруга великого князя Михаила Александровича, убитого большевиками вместе со своим секретарем англичанином Джонсоном в ночь на 13 июня 1918 года в окрестностях города Перми. Вдова брата последнего императора была настроена мистически. Она посещала разных гадалок и совершенно серьезно уверяла Антона Ивановича, что великий князь жив, что он пока скрывается, но в нужную минуту предъявит свои права на русский престол.
Пребывание генерала в Англии было кратким. В принципе решено к осени переехать в Бельгию. Но покинул он Англию раньше, чем предполагал, по причине совершенно им непредвиденной.
В середине августа 1920 года в газете "Таймс"была опубликована нота, которую еще в начале апреля лорд Керзон отправил в Москву народному комиссару иностранных дел Чичерину. Это была нота, предлагавшая Советскому правительству прекратить гражданскую войну. К великому своему изумлению, Антон Иванович прочел там следующее заявление лорда Керзона:
"Я употребил все свое влияние на генерала Деникина, чтобы уговорить его бросить борьбу, обещав ему, что, если он поступит так, я употреблю все усилия, чтобы заключить мир между его силами и вашими, обеспечив неприкосновенность всех его соратников, а также население Крыма. Генерал Деникин в конце концов последовал этому совету и покинул Россию, передав командование генералу Врангелю".
Правда, почти накануне катастрофы в Новороссийске к генералу Деникину явился один из членов Британской военной миссии генерал Бридж, предлагая посредничество английского правительства для заключения перемирия с Красной армией. Деникин ответил на это одним словом: никогда!
Таким образом, этот случай в Новороссийске никак не вязался с заявлением лорда Керзона.
Сознательная подтасовка фактов и явный вымысел глубоко оскорбили Деникина. Он тут же написал резкое опровержение и отправил его в "Тайме". Оно появилось 27 августа 1920 года.
"Я глубоко возмущен этим заявлением и утверждаю: 1) что никакого влияния лорд Керзон оказать на меня не мог, так как я с ним ни в каких отношениях не находился; 2) что предложение (британского военного представителя о перемирии) я категорически отверг и, хотя с потерей материальной части, перевел армию в Крым, где тотчас же приступил к продолжению борьбы; 3) что нота английского правительства о начале мирных переговоров с большевиками была, как известно, вручена уже не мне, а моему преемнику по командованию Вооруженными Силами Юга России генералу Врангелю, отрицательный ответ которого был в свое время опубликован в печати; 4) что мой уход с поста Главнокомандующего был вызван сложными причинами, но никакой связи с политикой лорда Керзона не имел. Как раньше, так и теперь я считаю неизбежной и необходимой вооруженную борьбу с большевиками до полного их поражения. Иначе не только Россия, но и вся Европа обратится в развалины".
После истории с лордом Керзоном Антон Иванович считал невозможным для себя оставаться в Англии. Кроме того, стремление британского правительства установить нормальные торговые сношения с советской Россией, переговоры, которые велись по этому поводу в Лондоне между Ллойд Джорджем и советским представителем Красиным -все это предвещало, по мнению Деникина, признание Англией московских коммунистов законным правительством России. На самом деле англо-советский торговый договор был подписан лишь в марте 1921 года.
XXIX РАБОТА НАД "ОЧЕРКАМИ"
В Бельгии Деникины прожили с августа 1920 года до конца мая 1922 года. Они поселились в окрестностях Брюсселя, в небольшом доме с садом. Их спутники постепенно разъехались, и они остались впятером: муж, жена, дочь, дед жены и нянька. Вскоре установился определенный рутинный ритм повседневной жизни. Антон Иванович вставал в 7 часов утра, открывал ставни, приносил уголь, растапливал печи и плиту. Затем вставала жена, кипятила молоко и заваривала кофе, готовила завтрак. После кофе уборка дома: Антон Иванович подметал, дед вытирал пыль, жена прибирала кухню, чистила картошку, варила обед. Нянька занималась исключительно ребенком и в трудах по дому не принимала участия.
Жена не слишком огорчалась, что мужу приходилось тогда делать физическую работу. "Моцион ему нужен, - писала она, - а когда он засядет за писание, его уже никакими силами не вытянешь даже погулять".
Начав еще в Англии работу над "Очерками русской смуты", Антон Иванович к концу 1920 года почти закончил первый из пяти томов этого обширного труда.
"Я совершенно удалился от политики и ушел весь в историческую работу,-писал он генералу Бриггсу в Рождество 1920 года.-Доканчиваю первый том "Очерков", охватывающих события русской революции от 27 февраля до 27 августа 1917 года. В своей работе нахожу некоторое забвение от тяжелых переживаний".