Отказов не последовало, ученики все как один готовы были отомстить за погибших товарищей, не взирая на полное опустошение запаса магической силы. Взяв у кого-то щит, я привязал к ручкам ремень и, повесив его на шею, таким образом, прикрыв грудь и живот, вышел из-за угла. Успел сделать всего три шага, после чего меня заметили и попытались убить, магией сначала, конечно же. Два мага, будучи уверенными в том, что быстро размажут меня по стенам, ударили огненным шаром и воздушным потоком почти одновременно. Оба удара цели не достигли, шар погас в метре от меня, а мощная воздушная струя потеряла силу ещё раньше. В ответ на их удар ответили и мы. Амелия ударила по низу, целясь своими плетями по ногам, а ученики применили тактику, которой я ещё не видел. Несколько очень ярких огненных шаров подгоняемые воздушными потоками, полетели во врага по непредсказуемой траектории. Они подпрыгивали к потолку, потом резко падали вниз, не долетев до пола сантиметров тридцать, уходили в сторону, но при этом продолжали быстро лететь вперёд. Когда шары добрались до чужаков, в стане врага началась паника, несколько человек мгновенно вспыхнули, словно их перед этим облили бензином, ещё несколько человек вылетели из окна после удара мощным воздушным потоком. Одного мага ударило о стену с такой силой, что его голова лопнула как переспевший арбуз, а обломки рёбер прорвали толстую кожу его красивой куртки. На ногах почти никто из чужаков не устоял, потоки воздуха сдули людей как сухую листву, отбросив от дверей зала дальше по коридору. Пока враги осознавали, что произошло, мы сократили разделявшее нас расстояние до удара мечом, и началась рубка. О магии уже больше никто не вспоминал, на создание чего-то магического ни у кого не было ни секунды свободного времени. Чужаки маги дрались, отчаянно, но как противники оказались слабы, уровень их подготовки владения мечом был даже ниже среднего. Чужаки, те что не маги, дрались гораздо лучше, но и они вскоре стали отступать, а потом, почувствовав, что им уже не победить, сбежали, выпрыгнув из окна третьего этажа. Как только бой закончился, я осмотрелся. Из всех тех, кто пришёл сюда со мной, осталось только четверо ещё достаточно уверенно стоявших на ногах, это были трое моих охранников и Лемар. Амелия сидела на полу, прислонившись спиной к стене, но продолжала крепко сжимать рукоять своей укороченной шпаги и рукоять кинжала. Все наши ученики маги потеряли сознание, истратив всю свою магическую силу до ноля.
— Всё, мы победили, — сказал Лемар и, выдохнув с облегчением, упал навзничь, запас его физических сил оказался не безграничным.
— Эй, в зале! — крикнул я, подойдя к дверям, но не заглядывая в зал. — Я Эрит Волар, не стреляйте, я вхожу!
Медленно выйдя, я посмотрел на тех, кто здесь держал оборону. В зале находилось человек пятнадцать, это были все те, кто кого я уважал и защищал в меру своих сил, а также несколько гвардейцев.
— Долго ты добирался, — сказал граф, выйдя из-за устроенной из мебели баррикады.
— Ну, мы же не обедать ходили в это время, городской водосток у вас тут в Каболаре засорился, пришлось почистить.
— Заметно, от вас совсем не розами пахнет, — сказал он и, посмотрев на короля, улыбнулся.
— Вы, кажется, обронили, — я протянул ему его шпагу.
— Да, случайно получилось, спасибо.
— Где моя дочь? — из-за баррикады выбежала мать Амелии, графиня Алетта Катнар де-Морсо.
— В коридоре, отдыхает, день выдался тяжёлым, там сейчас много кто отдыхает и многим отдыхающим помощь лекаря требуется, — сказал я, обращаясь уже не к ней, а к Графу и Королю, который ещё находился по другую сторону баррикады. Мать Амелии побежала в коридор к дочери, причём зачем-то оттолкнув меня с дороги, а ведь могла просто обойти. — Ваше величество, позвольте от всего рода Волар, а также от всех жителей моего баронства, поздравить вас с, — я замолчал, увидев Теорона и Милору вышедших из-за укрытия. Они оба держали в руках оружие, их свадебные костюмы были порваны, прожжены в нескольких местах, а ещё испачканы сажей и кровью. Лица тоже чистотой не блистали, помимо той же сажи, словно боевая раскраска по щекам и лбу была размазана кровь, скорее всего чужая, так как никаких ран я у них не заметил. От великолепных причёсок не осталось и следа, сейчас их причёски можно было сравнить с вороньими гнёздами, осталось только туда ворон подсадить.
— Спасибо Эрит, — поблагодарил Теорон.
— Это самая необычная свадьба, которую можно только представить, — добавила Милора и выбросила не нужный уже пехотный меч. — Надеюсь, твоя свадьба будет не такой необычной, — сказал Теорон и, подойдя ко мне, положил руку на моё плечо, — ещё раз спасибо друг.
— А Лемар где? — подал голос Корнар сын графа.
— Там, за углом, устал сильно, решил прилечь прямо там, — я показал за спину на дверь и только после туда сам посмотрел. В дверях стояла рассерженная графиня Катнар де-Морсо.
— Что с Амелией? — спросили хором сразу чуть ли не все, кто находился в зале. Услышав вопрос, заданный хором, графиня резко изменила выражение лица и снизила боевой настрой.
