- Он - посланец неба. А небо знает все. Оинчы хмыкнул: какая забота у неба о земных делах? Ведь для неба, что золото, что грязь - все едино! Значит, золото нужно не богам, а людям? И тот, кто послан небом, совсем не бог?
- Далеко стоит аил Анчи?
- В долине Кокпаш.
Ыныбас нахмурился: это было, действительно, далеко. И от Аргута он мог бы проехать туда короче, чем отсюда. Но поездка к брату была необходима, он обязан был его предупредить о скором визите Техтиека! Но как это сделать?
- Ты их видел сам, этих бурханов?
- Нет. Я служу хану Ойроту, выполняя их волю.
- Хан Ойрот тоже пришел с неба? - рассмеялся Оинчы.
- Нет, - вздохнул Ыныбас. - Он всегда жил на земле. Последнее время под именем Техтиека.
Имя грозного разбойника ужаснуло Оинчы. И хотя он был хам и обязан был верить чудесам перевоплощения, недоуменно уставился на брата: жил у русских, учился, читает книги. Как он-то может верить, что хан Ойрот-Техтиек выполняет волю тех, кто послан небом? Разве небо не знает, кто такой Техтиек, измазанный в крови и грязи?
- В хорошую компанию мы с тобой попали, брат! - печально покачал головой Оинчы. - Все кончится тем, что по его приказу ты зарежешь меня, чтобы завладеть золотом... Разве я не прав?
Возвращение Чейне не дало им завершить разговор.
- У соседей тоже нет араки, - сказала она растерянно. - Если гость задержится дня на три, то я заведу чегень и сама выгоню...
- Нет-нет, - отмахнулся Ыныбас, - мне надо ехать! Ты проводишь меня, брат?
Почти всю дорогу они молчали, и только когда начался затяжной подъем на перевал и оба спешились, Оинчы сумрачно посмотрел на младшего брата:
- Меня они заставили силой дать клятву. А как попал к ним ты?
- К Белому Бурхану я пришел сам.
- Тебе некуда было больше идти?
- Те дороги еще длиннее... А теперь поговорим о деле. Тебе надо ехать к мастерам и договориться с ними о большом заказе... К моему возвращению от Анчи ты тоже должен быть дома... Мне будет очень жаль, брат, если ты не сможешь с ними договориться!
Оинчы помотал головой:
- Я уже стар, и такие дороги мне не под силу, Ыныбас. Потом, куда я дену Чейне? Не могу же я оставить ее в аиле одну!
- Чейне пока пусть поживет у отца.
- И с сыном у меня не все ладно. Ты же был у него, знаешь.
- Я не видел Учура и не говорил с ним.
- Опять араковал с этим своим другом лекарем?
- Барагаа сказала, что его позвали на камлание...
- Какой он кам? - невесело усмехнулся Оинчы. - Кам должен помогать людям, а не грабить их! Нет, Учур - не кам... Я даже не знаю, кто его приглашает и зачем... Или - совсем испортились люди?
- Скоро в камах вообще не будет нужды на Алтае, Оинчы. Как и в русских попах! - Ыныбас снова нахмурился. - Тебе надо съездить к мастерам, Оинчы, и уговорить их. Я не хочу, чтобы сам Техтиек заставил тебя это сделать насильно! И о своем золоте подумай... Зачем оно тебе?
- Я хотел его оставить вам с Чейне... Обычно старший брат передает свое имуществу младшему брату вместе со своей старой женой, осыпанной детьми. Я же хотел передать тебе молодую жену и все свое богатство... Но ты сам хочешь оставаться нищим! Что я могу поделать теперь? Пусть твой Техтиек забирает мое золото и мою жизнь. Я не поеду к мастерам!
Одолев подъем, Оинчы и Ыныбас остановили коней, чтобы те отдышались. Протянули руки навстречу друг другу, но не соединили их. Потом развернули коней.
Небо сводило их, но жизнь оттаскивала в разные стороны. И хотя оба понимали, что этот разговор только начат, ни Оинчы, ни Ыныбас не видели благополучного его разрешения.
Техтиек знал, что поручить его брату Ыныбасу! Но откуда разбойнику знать об Оинчы и всех его тайнах? Брат ссылается на посланцев неба... Небо, конечно, всегда над головой, и от него ничего не утаишь! Но оно всегда молчало и всегда молчит! И почему это небо вдруг начало говорить не с кем-нибудь, а с самим разбойником Техтиеком? Может, брат сам все выболтал? Если пришел к бурханам, сам, то уж, конечно же, пришел не с голыми руками!..
Но в главном - все правильно. Лучше Оинчы, действительно, никто не знает гор и их тайн, тропинок и дорог к потаенным разработкам золотоносных жил, скрытых от русских, кузниц ювелиров и золотоковцев, упрятанных от всех чужих глаз мастерских по обработке камня и стекла*2...
* Скрытый от Кабинета промысел драгоценных камней и металлов старательским способом, с последующей их обработкой и продажей, процветал на западе Алтая (район нынешнего Рудного Алтая) много веков и был прекращен в годы гражданской войны, после чего не возобновлялся.
Последний раз у этих мастеров Оинчы был лун двадцать, а то и все тридцать назад, когда менял самоцветы на золото. Сейчас-то, пожалуй, и не все тропы, ведущие к ним, вспомнит... Ну, не беда! Мастера не кочуют с места на место, как пастухи и охотники, их добыча и их хлеб всегда у них под ногами, только камень отверни или землю ковырни мотыгой! И найти их можно, если очень нужно: от русских, да и то не ото всех, прячутся эти мастера. От своих сородичей, если они не стали хуже самых плохих русских, они прятаться не станут!..
