Будучи самым младшим из пятерых детей своей семьи, Иржи научился стоять на своем и хватать конфетки, когда ему их протягивали. Уже в школе он заметил, что хоть и не самый талантливый в классе, зато любознательный и умеет определить для себя именно те знания, которые помогут ему продвинуться. Иногда эти знания были такими, что шли на пользу ему и во вред другим. Иржи узнал об отношениях учителя истории и учительницы математики, поначалу замечая скрытые намеки, а позже – открыв дверь в копировальную комнату с ксероксом в плохую для них и хорошую для себя минуту. Не колеблясь ни секунды, он потребовал хороших оценок как по истории, так и по математике – и, конечно, получил их.
Верные знания открывали двери, которые ранее были закрытыми. Очень скоро Иржи догадался, что обладает особым нюхом, который можно назвать чутьем на новости и даже на сенсации. И решил стать журналистом.
Иржи ясно ощутил в себе то, что было у него пока еще лишь в зачатке. Но он почувствовал, что увлечен этим до самых пяток. И знал, что со временем это может стать большим делом. Прорывом. Его имя и лицо запомнят.
Это должно быть нечто совсем иное – не скучная новостная обязаловка о правительственных демонстрациях, о влиянии кризиса евро на жизнь простых людей, о росте цен на продукты питания и ошибках в реставрировании старых зданий. Конечно, Иржи всегда делал то, о чем его просили, в том числе и это. Он пытался быть аккуратным, творческим, иметь свой взгляд на вещи, который еще никто до него не предлагал. Но ничем прочим он не был так искренне и пылко увлечен, как
Иржи не был идеалистом. Он полагал, что им движет жажда знания, а кроме того, желание докопаться до сути и стать героем. Он – не те вкалывающие на заднем плане рабочие крысы, которым для самоудовлетворения достаточно того, что тайное становится явным. Он хочет быть на виду. Хочет себе почестей. Люди хорошенько запомнят как его имя и лицо, так и разоблачительные новости его производства. По его мнению, правда и репутация не противоречат друг другу. Это две стороны одной медали. Расскажи правду – и это поднимет репутацию. Хочешь иметь хорошую репутацию – честно работай.
Сейчас Иржи первый раз в жизни делал действительно значимый и привлекательный для публики репортаж. Он проводил месяцы за изучением церковных книг и метрических свидетельств. Он снова и снова читал и перечитывал полицейские отчеты, искал зацепки и ошибки. Кроме того, брал интервью у людей, которые находились в состоянии такого ужаса, что не хотели показываться на людях. Иржи осознавал, что в его руках находится материал, которому суждено быть бомбой, и именно поэтому он столь опасный и ценный.
«От Бога», – сказал бы кто-нибудь. «От дьявола», – говорит Иржи.
Сейчас у него на руках такое… Так что ему надо проникнуть еще ближе к эпицентру тьмы, совсем близко. Нужно заполучить интервьируемого, который согласится говорить перед камерой, пусть даже прячась и анонимно, пусть даже голос его будет изменен. Нужно увидеть все своими глазами.
Изнуряющая и угрожающая жара. Чувствуется, что скоро грянет буря, гроза; но пока что ни одного признака этого на небе нет.
Иржи немного размял руки, надел пиджак и набросил на плечи пахнущий новым, стильный черный рюкзак, в котором лежали малюсенький ноутбук и обычные принадлежности для записи. Он уже твердо запомнил, что в общении с любым интервьюируемым маленький блокнотик и ручка в достаточной степени создают атмосферу непринужденности и доверия. Стук клавиш ноутбука отдаляет собеседника. Надо уметь по-настоящему присутствовать. Не навязываться, не давить. Важно уметь спокойно слушать, задавать правильные вопросы и быть заинтересованным, но не надоедливым.
Правила хорошего интервью во многом такие же, как во флирте.
Иржи заметил, что мурлычет ужасно въедающуюся песенку Карли Рэй Джепсен[15].
После работы можно пойти посидеть в каком-нибудь открытом ресторанчике. Дать ледяному пиву пролиться в горло, поглазеть на кокетливых туристок и выяснить, что они смогут рассказать при использовании правильной техники интервью. Иржи обещал себе, что поступит так, если получится осуществить задуманное.
