— Они почти всегда выглядят спятившими. Но всегда знают, чего хотят, и добиваются своего. На то они и «собиратели искр».
Кейт нацепила на лицо гримасу брезгливости и снова отстала на несколько шагов.
Мозес уверенно шел впереди. Казалось, он много раз ходил этим путем и выучил его наизусть.
Горы стремительно вырастали над головой. Коулмен прикинул — высота гряды не меньше двух километров. На отдельные пики сплошной скалистый массив распадался где-то на половине этой высоты. Ни человек, ни животное не могли здесь пройти, если бы не случайная прихоть природы не создала одну-единственную узкую расщелину. Как будто специально для того, чтобы заманивать людей в ловушку.
Потому что Край Земли был ловушкой. Экспедиции одна за другой пропадали здесь на протяжении сотни лет, пока Урантия не закрыла территорию для исследований. Выдвигались теории, что в этой аномальной зоне искривлены время и пространство, и любого, кто попадает сюда, выбрасывает в иные измерения. Коулмен не знал, как относится к подобным предположениям. Хотелось считать их чушью, но полностью отвергнуть не давали кое-какие слухи, не совсем безосновательные. Слухи сообщали, что Краем Земли чрезвычайно интересуются урантийские секретные службы, в частности, национальное разведывательное управление. Поэтому-де и закрыли доступ к Воротам всему остальному миру.
Коулмен стал пристальнее оглядывать местность в поисках подтверждения слухов. Даже секретные службы не станут работать в первобытных, диких условиях. Возможно, где-то здесь прячутся искусственные сооружения, что-нибудь вроде подземных бункеров. Склады, лаборатории, жилые помещения, наблюдательные терминалы, центры управления…
Размышления его прервал дикий крик. Слуга-монголоид, шедший впереди, остановился и стал приплясывать на месте, не прекращая вопить. Мозес резко повернулся.
— В чем дело?
Коулмен едва не захохотал, увидев причину беспокойства. Ребенок, сидящий на шее слуги, крепко вцепился зубами ему в ухо. Парень схватил мальчишку за волосы, пытаясь спасти свое ухо, но безуспешно.
— Отпусти его сейчас же, скотина! — мгновенно взъярился Мозес. Только обращался он не к ребенку, а к слуге.
— Хозяин, он отъест мне ухо! — заплакал несчастный, исполняя приказ.
— Перестань орать, дубина.
Мозес подошел ближе, но тут же брезгливо отстранился. Слуга с жутким провизгом схватился за ухо, из которого брызнул фонтанчик бурой крови. Ребенок выпрямился, зажимая в зубах откушенную плоть, и сразу выплюнул.
Слуга повалился на колени, стаскивая с себя маленького изверга.
— Прекрати визжать, свинья, — снова бросил ему Мозес. — Достань аптечку и залепи пластырем. Быстрее! Не заставляй меня терять время.
Парень, умолкнув, дрожащими руками снял со спины баул и стал рыться в нем. Из откушенного уха на плечо капала омерзительная на вид коричневая кровь. Коулмен отвернулся. Кейт, наоборот, с интересом разглядывала представителя новой породы разумных двуногих. Выражение ее лица говорило о том, что порода эта, хотя и вызывает любопытство, отвратительна для нормального человека.
Мозес тем временем внимательно смотрел на ребенка. Тот был неспокоен, вертел головой, хмурился. Мозес хотел взять его за руку, но мальчик вырвался и быстро пошел к виднеющемуся вдали самолету. Секретарь повернулся к Коулмену.
— Верните его.
Коулмен неохотно догнал ребенка, поднял и зажал под мышкой. Мальчишка принялся колотить его руками, дергать ногами, пытался укусить сквозь одежду — и все это совершенно беззвучно.
— Мальчик боится, мистер Мозес, — сказал Коулмен — Не хочет дальше идти.
— Предоставьте делать выводы мне, — неприязненно ответил Мозес. — Рассуждать — не ваша забота. Поставьте его. Поведете за руку. И держите крепче, чтобы не вырвался.
— Хорошо, мистер Мозес, — сдерживая злость, процедил Коулмен.
Но тут снова раздался вскрик. На этот раз женский и негромкий. Кейт большими глазами смотрела мимо них обоих. Мозес дернул головой. Коулмен остолбенел.
В нескольких шагах впереди стоял человек, которого пять секунд назад не было. С рюкзаком за спиной и оружием в руке, нацеленным на компанию.
— Добрый день, — сказал человек с почти неуловимым акцентом. — Решили прогуляться? Дело хорошее. Только зачем же ребенка силой тащить. Видите — он не хочет.
Мозес быстро справился с потрясением, в отличие от остальных. Коулмен и Янг все еще пребывали под впечатлением фокуса. Слуге и вовсе не было ни до чего дела, кроме собственного уха.
— Что за шутки?! — в ярости спросил Мозес. — Вы кто такой?
— Какие уж тут шутки, — спокойно ответил Мурманцев. — Все очень серьезно. А насчет кто я такой… можете считать меня ангелом-хранителем этого ребенка. И если вы намереваетесь причинить ему зло…
— Никто не собирается причинять ему зло, — гневаясь, проскрежетал Мозес. — Убирайтесь откуда пришли.
— Ну уж нет. С вашего позволения, я присоединюсь к вашей прогулке. Очень интересное место вы для нее выбрали… Руки!
Мозес сделал попытку достать пистолет, но был остановлен.
