Счастливая история о том, что право на счастье и любовь есть у каждого. Только иногда счастье и любовь надо немного подождать. Сказка для малышей и их родителей.
– Ну-ну, опять расшалились…
Старенькая уборщица зашуршала своим веником. Кто-то замер, кто-то спрятался в свои домики, лишь огромный жако как-будто назло, стал скрежетать своим мощным клювом о металлическую сетку.
– Мама, великанша вроде вроде ушла, – прошептал маленький детёныш бразильской белки дегу по имени…впрочем, для того, чтобы его выговорить, нужно знать язык дегу.
И все сразу привычно закопошились. Здесь были новички и старожилы. Не все понимали язык друг друга, но жили вроде все мирно.
Жили в ожидании ежедневного счастья и ежечасного ужаса. Счастья от того, что вроде вокруг сухо, тепло, есть рядом близкие и друзья, и всегда есть еда, и завтра тоже будет так. Ужаса от того, что один из приходящих великанов заберёт их с собой в неведомое, разлучив с семьёй или друзьями. Лишь жако смотрел на мир с усмешкой. Он-то повидал много в своей длинной жизни. Ему было почти 30 человеческих лет, часть из которых от провёл в компании этих самых великанов и совсем их не боялся, но рассказывать о том, как он снова оказался в зоомагазине, жако никому не хотел.
Начинался новый день, который мог принести разлуку или наоборот прибавление в и так многочисленных семействах хомяков и морских свинок.
Многие великаны приводили своих детей просто так, посмотреть на жизнь и быт обитателей. Одни дети стояли, заворожённо следя за каждым движением обитателей магазина и посасывая пальчики, другие бросались, как безумные к каждому вольеру и начинали громко стучать по стеклу, кричать распугивая обитателей и тереться своими слюнявыми моськами о стеклянные поверхности. Находились и взрослые великаны, которые пытались просунуть пальцы в клетки и вольеры и так же стучали по стеклам чужих домов. После этого многие обитатели прятались в свои домики, а на стёклах оставались следы пальцев, козявки и следы мокрых губ и носов. Никто из посетителей никогда не задумывался о том, какого это, заниматься привычным делом, кушать или нянчить детей, когда вдруг огромные неведомые существа начинают сотрясать твоё жилище, норовят залезть толстыми пальцами-сардельками в любую щель и издавать громкие звуки от которых можно сойти с ума.
Больше всего обитатели зоомагазина боялись потерять своих детей, таких неподготовленных к взрослой жизни, несамостоятельных, нуждающихся в постоянной материнской ласке и заботе. Но, как-будто назло, великаны как раз в первую очередь забирали самых маленьких. И практически никогда никто не забирал всю семью. Кстати, никто и не догадывался, куда это великаны забирают обитателей, а всё знающий об этом жако, подло молчал. Те, кого забирали великаны никогда не возвращались назад и оставшиеся обитатели надеялись, что с ними всё в порядке, но уверенности в этом не было. Особенно много об этом любил рассуждать хамелеон, бешено вращая своими внимательными глазками, он нашёптывал всем о поджидающих опасностях и ужасной гибели, но делал он это так часто, что никто всерьёз его не воспринимал, за исключением новичков. А когда ужасные фантазии начинали выходить за рамки реальности, в дело вступал жако. Он начинал так громко смеяться, что обиженный хамелеон уползал за ближайший лист и менял окраску. Своё расстройство он компенсировал поимкой не одного, как обычно, а целых двух тараканов, которых медленно жевал и слёзы обиды катились из его глаз крупными каплями.
Старожилами в зоомагазине были большой белый кролик с красными глазами и жако. Если с жако всё было понятно, он слишком дорого стоил, поэтому его никто не забирал, то кролик видимо пугал всех своим внешним видом. Если жако постоянно нарывался на драку, вёл себя вызывающе дерзко, то кролик жевал задумчиво свой корм толстея ни по дням, а по часам и более покладистого обитателя зоомагазина надо было ещё поискать. Так собственно происходит и у людей, большинство которых не хочет общаться с наглыми громкими хулиганами, но и сторонится тихонь, имеющих необычный вид.
Жако шумно разбрасывал свой корм, пух, перья в разные стороны и где только можно оставлял белые следы своего помёта. Висел головой вниз, и смотрел вокруг своими умными глазами с поволокой. Окрас был необычайно красив, изумрудно-синий цвет привлекал внимание всех, но цена, равняющая его ценность с мотоциклом, а то и старенькой машиной, наоборот отталкивала большинство посетителей. Кролик же вообще ни разу в своей жизни не слышал комплиментов. Его собратьям постоянно говорили ласковые слова. его родственники все подряд были лапочками, пушистиками, зайками, а он был ужасным, уродцем, страшным. И никому не приходило в голову, что покладистый кролик был очень одинок в своей жизни и отдал бы всё своё тепло и доброту взамен на заботу, ласку и внимание. Во внимании нуждался и жако, но ему как раз внимания перепадало с лихвой.
