Белый силуэт полностью

Молнии разрядились и начали бомбардировать солдат, разносить ослепительные удары на землю. Солдаты закрывали уши от контузии, а поражённых обжаривало вместе с одеждой до костей.

Полкан чуть не свалился на землю, если бы его не поймал Ноб, как ребёнка. Мила вырвалась от хватки и побежала в направлении. Ноб дёрнул полковника, отчего они нырнули в укрытие.

После заряженной атаки, солдаты начали приходить в чувство. Немногие продолжали лежать, опасаясь нового форсинга. Полкан обхватил рукоять меча, и держась за голову встал на ноги. Мила оказалась рядом, вытирая своё мокрое лицо, покрывшей грязью.

— Полковник, — прокашлялся Ноб.

— Всё в порядке.

«Провались эта магия! Чёртовы катаджи!»

Как только солдаты опомнились, произошли новые взрывы. В нескольких частей стен, выбросились осколки, которые полетели в невиданном направлении. Как раз один кирпич пролетел мимо уха. На город обрушился новый наплыв песчаной лавины.

Откашливаясь, лоидсы плотно прижались в линейку ожидая нового выпада от противника. Полкан уже почувствовал врагов, много врагов — они все уже заходили в город.

Песок с землёй начал оседать. Из этого мрака, выполз Маслов, он был весь в мокром песке от крови. Он пытался ползти руками, потому что у него отсутствовали ноги по колено. Он сильно закашлял кровью, после чего сплюнул на землю.

— Вот дерьмо, — буркнул Полкан.

— Прости меня Полкан… — проговорил Маслов хриплым, нечеловеческим голосом. — Не смог я…

В его голову вонзился меч.

— Падлюка, — прошипел Полкан.

Владелец кровавого меча вытер лезвие об согнувшееся свое предплечье. Это скорее всего главарь: крупный мужчина, с гладковыбритым подбородком, за шлемом виднелись его азартные глаза, а на его тёмно-зелёной одежде выступал знак…

«Дракона — знак проклятого Катаджи. И будь я сам проклят если я этому уроду не оторву голову!»

Лоидсы плотнее выстроились в шеренгу, как резамцы начали прибывать из разрушенных стен. Люди в зелёных одеяниях осели на стенах и готовы разрядить последующими магическими снарядами по городу.

Командир катаджи радостно раскинул руки:

— Здравствуйте альгитийцы, мы к вам в гости пришли.

«А чувство юмора у него ещё хуже, чем у Илиодора, — гнусный червяк!»

— Двигаемся назад, — прошептал Полкан солдату, отчего тот начал два раза бить по своему щиту.

Остальные подловили его ритм, и линия обороны понемногу начала отходить к городу, освобождая пустые улицы и переулки. Шаг за шагом — назад, ещё шаг и снова назад. Эти переулки отлично послужат для внезапного нападения.

«Но этого мало, нужно ещё отступить. Чем больше пространства им дадим, тем больше в ловушку их загоним».

— Эй, — продолжал тот червяк, размахивая руками, — разве так принимают гостей, доброжелательные граждане?

«Мы вам такое гостеприимство устроим, что мало не покажется».

Колдуны-катаджи продолжали наблюдать за отступающими лоидсами, они ждали приказов. Наконец тот командир махнул рукой, как катаджи зарядили у себя в руках зажигающие снаряды.

Первый залп. Множества огней появились в воздухе — прелесть среди чёрных туч. Вот-вот и будет удар… Но снаряды не долетели, выгорев в воздухе.

«Барьер. — Полкан кинул взор вокруг дома. — Дело рук соклановцев, а я уж думал, что сейчас нас разорвут на куски. Но этот барьер не смог противостоять смогу, можно ли надеяться на следующую удачную защиту?»

— Готовься! — крикнул катаджи.

Резамцы разом крикнули и ударили по своим большим щитам.

— Вперёд!

Враги с боевым кличем понеслись на лоидсов. Получить удар от таких больших щитов — страшная вещь. Щиты лоидсов не так сильно предназначены для прямой стычки. Но солдаты Лоидса не из робкого десятка, они смогут удержать удар.

«Только бы ногу не вывихнуть!»

Щиты столкнулись: в друг друга начали плевать в глаза, наносить колющие удары. Полкан помог лоидсам оттолкнуть недругов, как тут же солдаты подняли щиты и нанесли кольчатые удары, опустили щиты и снова держат натиск от новых набежавших врагов.

— Ну же… — прошипел Полкан и топотом пошатнул землю. — Ну же!

Из зданий выбились стёкла, как оттуда полетели горящие снаряды прямо на головы резамцев. На крышах поднялись соклановцы, что также начали накрывать противником льдом, огнём и землёй.

Снова поднялся проклятый и всем ненавистная пыль.

Резамцы поднимали щиты, но от взрывов и жара это не спасало. Тела соклановцах начали падать вниз, катаджи тоже хотят захватить вверх. Солдаты внизу бьются холодным оружием, как наверху бьются магией.

«Здесь нельзя оставаться, иначе просто похороним друг друга».

Полкан ударил одного солдата по плечу, тот начал стучать по щиту три удара. Другие начали подхватывать удары. Это даже как-то поднимало дух, у лоидсов появились силы, чтобы оттолкнуть противника, а после вонзить им в шею сталь и тут же резко отступить назад. Так строй начинал отступать, как на крышах творилось безумие от дыма и огня; мёртвые, окровавленные тела падали прямо на головы, что от врагов, что и от дружественных.