Они были словно с разных планет. Он — удачливый бизнесмен, первое лицо в РѕРіСЂРѕРјРЅРѕР№ корпорации. Она — телохранитель и готова в любую минуту рисковать жизнью. Пожалуй, единственное, что у РЅРёС… есть общего, это категорическое нежелание создавать семью. Р
В универмаге «Маршал Филдс» сегодня яблоку негде было упасть. Погода, что ли, загнала их всех сюда, досадливо подумала Саманта, держась на небольшом расстоянии от группы женщин, одетых в традиционные арабские платья. В Вашингтоне с утра шел дождь, хотя погода стояла теплая. Женщины, оживленно жестикулируя и обмениваясь быстрыми фразами на родном языке, переходили от одного прилавка к другому. Саманта, не выпуская их из поля зрения ни на одну минуту, одновременно окидывала натренированным взглядом покупателей, которые оказывались в непосредственной близости от арабок.
Женщин сопровождали несколько слуг, они несли пакеты и свертки с покупками. Саманта уже давно поняла, кто из них является ходячим банком. Иначе говоря, который из слуг носил сумку, набитую деньгами, чтобы оплачивать покупки шести жен шейха, пока сам он вел переговоры о продаже нефти в министерстве торговли США.
Саманта знала по опыту, что в многолюдных местах, где бывают богатые иностранцы, промышляют карманники, мастера высочайшего класса. Она не сомневалась, что если воры засекли живописную группу чужестранок, то уж наверняка раньше нее вычислили слугу с деньгами. Поэтому она не отставала от своих подопечных, обыскивая профессиональным взглядом тех, кто крутился около арабок.
Это была самая скучная, неинтересная работа, хотя и требовала большого напряжения внимания и зрения. В списке приоритетов Саманты такого рода занятие стояло на последнем месте.
Они находились в универмаге уже больше двух часов, но Саманту утешало то, что скоро жены шейха должны вернуться в отель на ланч. Будет ли их повелитель присутствовать на ланче или его пригласят высокопоставленные чиновники из министерства, она не знала. Но ее это, честно говоря, и не интересовало. Она отвечала за безопасность только его жен во время их пребывания в американской столице.
Сегодня, слава Богу, ее мучениям придет конец — вечером шейх отбывает на родину со всем своим гаремом.
— И слышать об этом не хочу! Этот Марио Арпино, я уверен, даже не знает, за какой конец держать пистолет, не говоря уже о том, чтобы выстрелить из него! Право, Федерико, ты помешался на безопасности, — сердито сказал Лучано Гранди, сгребая со стола бумаги и бросая их в раскрытый кейс.
Федерико Рибальди тяжело вздохнул и решил предпринять еще одну попытку убедить темпераментного Лучано серьезно отнестись к этому вопросу. Задачка была не из легких.
Ничего удивительного: какому мужчине в возрасте тридцати семи лет, да еще богатому, да к тому же холостяку весьма привлекательной наружности, у которого отбою нет от женщин, понравится вмешательство в его личную жизнь?
Но в данном случае Федерико был полностью согласен со страховой компанией, настаивавшей на том, чтобы председатель правления и исполнительный директор крупной корпорации, коими и являлся Лучано Гранди, был обеспечен круглосуточной охраной.
— Если с синьором Гранди что-то случится, мы обязаны будем выплатить вашей корпорации огромную сумму денег, — мотивировал свое жесткое требование директор страховой компании. — Поэтому мы не хотим рисковать, пока существует угроза его жизни.
Страховой компании легко оперировать законами, думал Федерико, продолжая тяжело вздыхать. Попробовали бы сами уговорить синьора Гранди согласиться на меры, обеспечивающие безопасность его персоны.
— Послушай, Лучано, — просительным тоном начал он, — постарайся быть разумным. Понимаю, тебе это кажется смешным, но на подобные угрозы не обращать внимания нельзя. Это уже верх легкомыслия.
— Да, я согласен, что мне надо принять разумные меры предосторожности, — ответил Лучано. Он положил в кейс свой паспорт и захлопнул крышку. — Именно это я и собираюсь сделать.
— Хорошо. — Федерико испустил вздох облегчения. — Значит, мы организуем для тебя телохранителя и…
— Исключено, — прервал его Лучано, помотав темноволосой головой. Он нажал на кнопку переговорного устройства и попросил секретаршу передать водителю, что он уже выходит. — Я не возражаю против того, что я должен быть осторожен, но ты не убедишь меня в том, что моя жизнь ежеминутно подвергается опасности. Короче, никакой телохранитель мне не нужен!
— Но наша страховая компания и правление корпорации настаивают…
— Черт возьми, Федерико! — взорвался Лучано, сверкнув голубыми глазами. — Мы оба прекрасно знаем, что этот тип обыкновенный вор. Такое случается — главный бухгалтер, зная, что его увольняют, крадет у компании миллионы лир.
— Да, но…
— Помню-помню, он угрожал расправиться со мной, — нетерпеливо проговорил Лучано. — Мне только непонятно, почему все так серьезно отнеслись к этому.
— Я тебе уже объяснил, что страховая компания…
— Да брось ты! Марио Арпино может быть вором, алчным, бессовестным человеком. Но чтобы он вдруг превратился в опасного убийцу — это просто смешно! — Лучано подхватил кейс и быстро направился к выходу. — Мне даже как-то неловко заводить телохранителя из-за такого ничтожества, — сказал он, берясь за ручку двери.
