— "Юноша бледный со взором горящим" жду тебя на улице и не вздумай убежать через черный ход, все равно найду. И не дожидаясь ответной реакции торопливо вышел во двор. Там я должен был оказаться раньше всех четверых Нави. Огляделся. Вот и темный угол, где нас особо не будет видно. Лишь бы зеваки не увязались, мне свидетели ни к чему. За мной, топая ногами и на ходу доставая мечи выметнулась вся четверка. — Ау, ребята, я здесь. Нападать сразу в вчетвером будете, или по одному? — Убейте этого гада, только медленно, чтоб я видел, как он страдает, — заверещал бриновский холуй, но на меня не кинулся, прячась за спины своих охранников. — Убей всех, — дал я команду кхору. И когда последний труп упал на землю, быстро высек искру и разжег небольшой костерок из пука соломы, что захватил предусмотрительно с собой.
После моей молитвы взметнулось радостное пламя и от четырех Нави не осталось и следа, а ветер быстро разметал пепел. Я вернулся в зал. Наступила тишина. На меня смотрели как на чудо. — Убежали сволочи, даже догнать не успел, правда одному пинка дать удалось. Вот что значит, город не знать. Как сквозь землю провалились. Увидев, что Ким ещё сидит за столом, я повернул к нему. — Хозяин, я что то проголодался, принеси ещё что нибудь поесть. А эти то хоть успели рассчитаться? Наверняка нет, вот и верь людям после этого на честное слово…
— Свен, там за окном какая — то зарница, или вспышка была, или мне показалось? Я пожал плечами, — Наверное всеблагой покарал Навь, обычно она так горит. — Значит волосы у тебя не крашенные, — в раздумье проговорил Ким. Потом посерьезнел и уже другим голосом спросил:- На вечер ничего не намечается, а то мне надо ещё успеть меч выкупить? — Ну разве только знакомство с ночной столицей, ну и с кабаками естественно, чтоб нас там видели и запомнили, а то мало ли что, вдруг оправдываться придется перед кем нибудь — Тогда так, иди в свою комнату, там и поешь. И посиди там, а то опять кого нибудь прибьешь, а это уже внимание. Я сейчас быстро вернусь. С хозяином рассчитайся и предупреди, что мы сейчас с тобой пройдемся по злачным местам и доступным девкам, пусть что нибудь посоветует. Я кивнул в знак согласия головой.
Хозяин со знанием дела и обстоятельно рассказал мне где и каких девиц можно найти, а так же у кого есть хорошее, а у кого приличное вино, а у кого дрянь и ходить туда не стоит. Выслушав советы и дождавшись служку с подносом, я поднялся в свою комнату. Там плотно перекусил, распорядился, что бы принесли ещё пару кувшинов хорошего вина и стал ждать Кима.
Действительно он появился довольно скоро. Взглянув на кувшины с вином, он отрицательно покачал головой. — В кабаках, куда мы будем заходить, ты же вино пить не будешь? Значит придется мне, так что это пока лишнее. Ишь ты, — удивился он, — у тебя что два меча? — Это меч отца, он погиб, друзья передали, а этот, — я похлопал по бедру, — наследство, как и доспехи. И я расстегнул камзол, что был надет на мне. — То то я вижу, что ты немного толстоват для своего возраста, вот и подумал, что жизнь у тебя легкая и сытная была, а ты оказывается белый, да ещё не простой. Всех четверых? Никто не убежал? Я пожал плечами, — приходилось и больше отправлять в чистилище. Сапоги то что не купил? — Денег жалко, сейчас в неурочное время они на треть дороже, утром куплю. — Нет, Ким. В нашем деле мелочей не бывает, денег мало, ещё дам, но сапоги купить надо сейчас.
С сапожником Ким торговался долго и ожесточенно. Таких отборных ругательств я ещё не слышал: — сын ослицы и криворукий выкормыш, — были самыми мягкими из них… Наконец то сапоги были куплены. К моему удивлению старый воин и сапожник были друзьями, которые знали друг друга уже не один десяток лет. — Вот, молокососу, — ничуть не умеряя своего голоса, говорил Ким, — покажу злачные места столицы. Развлечений ему хочется, денежки отцовские прогуливает, а я ему помогу. — Ты у него спроси, — как будто меня рядом нет, пробасил сапожник, — может и ему сапоги нужны, а то вон подметка скоро отвалится. Я внимательно осмотрел свои сапоги и подметки, чем вызвал громкий хохот приятелей…
— И куда мы сейчас? — Да надо пройтись сначала к храму всеблагого, который в осаде, но не близко, а потом посмотреть на дворец Брина. — Тогда пошли. Дорогу то запомнишь? — Я охотник. — Тогда запомнишь. И мы двинулись какими то окольными путями к центральной площади, где возвышалась громада дворца великого лорда и не менее величественное здание главного храма. Но если окна дворца светились практически на всех этажах, то храм был погружен в темень, и только небольшие отблески священного огня отражались в его окнах.
— Сначала зайдем в "Веселый курятник", отметимся там, но засиживаться не будем, и вино дрянное и дерут втридорога, зато нас многие увидят. От туда пройдемся до "Бабьих слез", это недалеко от главного храма всеблагого и там часто стражники бывают, засветимся и там, а потом пойдем в "Дырявую бочку", там посидим подольше, — из её окон виден дворец Брина и лучшего места для наблюдения не сыскать. На том и порешили.
