Протолкнувшись через толпу, в мою сторону направился немолодой лорд, который вел за руку молоденькую девушку. — Лорд Самерст, — представился он мне, — а это моя невеста леди… — Её имя мне не обязательно знать лорд Самерст. Она Навь. Можете сами в этом убедиться, если отойдете в сторону и посмотрите её левую подмышку. Думаю, что вы не долго бы прожили после свадьбы… Вскоре я услышал треск разрываемой ткани, вскрик и шелест извлекаемого клинка. Глухой звук удара и шум падающего тела. Краем глаза я видел, как лорд Самерст убирает свой меч, и закрыв лицо руками, опускается на колени перед обезглавленным телом той, которую он наверняка любил.
С этого момента дело сдвинулось с мертвой точки. Те, кто не был Навью безбоязненно подходили ко мне и выходили из дверей. Таких набралось трое мужчин и четыре женщины среднего (по моим меркам) возраста. Остальные не сдвинулись с места. Я вздохнул и двинулся к ним сам. Появление в руках одного из придворных маленького арбалета не было для меня неожиданностью, к чему то подобному я был готов, по- этому, болт пущенный в меня с расстояния несколько шагов я отвел в сторону, а стрелявшего поразил ударом меча в живот. Его кишки вывалились наружу, а сам он пронзительно закричал. Я отошел чуть назад, к дверям зала. Его крик послужил сигналом, и все это стадо, кроме верховного лорда, бросилось к дверям. Не учли они только одного, что пробегать им надо было мимо меня.
Мои мечи сверкали в свете свечей и светильников как два алмаза огромной величины. Каждый мой удар нес смерть. К дверям удалось пробиться только нескольким придворным. — Это Навь, убейте их, — крикнул я приказ белым. Что и было сделано незамедлительно. А дальше повторилось тоже самое, я взял свечу и прочитал очистительную молитву. Пламя до потолка и горстка пепла, что куда то потом исчезла, — вот и все, что осталось от почти сотни придворных великого лорда. Сам он, скрючившись сидел на своем троне, и с ужасом смотрел на меня. С недоброй усмешкой я стал подходить к нему… Он побледнел, внезапно встал с трона и упал лицом вниз. Не надо быть большим специалистом, что бы определить смерть от удара крови в голову, или испуга.
Вот же незадача, теперь надо будет ещё и верховного лорда выбирать, как будто мало мне канители с верховным жрецом. — Лорд Самерст, подойдите ко мне, — он послушно, с отрешенным видом подошел, — Я назначаю вас местоблюстителем верховного лорда до тех пор, пока он не будет выбран соответствующим образом. Все слуги дворца, после зачистки Нави поступают в ваше распоряжение. Приступайте, — и не желая слышать ничего против моего назначения, я быстро вышел из зала. Во дворце царила кутерьма. Всех слуг, гостей, лизоблюдов и прочих прихлебателей набралось тоже около сотни, из них две трети оказалась Навь, которая тут же и закончила свои дни. Очистительный огонь сделал свое дело. Я громко объявил о скоропостижной смерти верховного лорда и назначении лорда Самерста его местоблюстителем, после чего кивком головы позвав с собой пару белых вышел из дворца и направился к дворцу лорда Брина.
Там царила паника и мои мечи вдоволь напились кровушки Нави. Только к обеду закончилась зачистка. У Брина мы столкнулись с организованным сопротивлением практически на каждом этаже. Навь стража пыталась задержать нас, но тщетно. Белые были очень злы на Брина за осаду в капитуле и действовали решительно и умело…
Я усмехнулся, такой же главный зал для приемов, только убранство по богаче и пышнее, да и трон отличался роскошью и обилием драгоценных камней. Я поерзал на нем, а что, удобно и мягко. Вскоре ко мне в зал привели какого то старичка в разорванной одежде. — Говорит, что он казначей лорда Брина, но не Навь, мы проверили. — Вот он то мне и нужен, — радостно сказал я…
— Нука взгляни на эти бумажки, — я достал из поясной сумки расписки Брина, что попали мне в руки, — Они чего нибудь стоят? Или так себе? Старик взял в руки одну из расписок и внимательно стал её рассматривать, близоруко придвинув её к самым глазам. — Ну, что ж, расписка как расписка, желаете сразу же получить? — И по этим тоже, — и я протянул ему оставшуюся в сумке кипу бумаг. Каждую расписку он внимательно осматривал, разве что не пробовал на вкус. — Все настоящие. Как будете брать, монетами или камнями? — Половину тех, половину этих, — я сделал неопределенный жест рукой. — Сейчас доставлю, — и с этими словами старик исчез, оставив в недоумении меня и всех, кто присутствовал при нашем разговоре.
