Сразу же после завтрака я быстро собрался, проверил все до мелочей, распорядился оседлать Буланого, я ему больше доверял и не прощаясь с Лораг, которая ещё спала выехал через северные ворота в ущелье, что вело в земли, которые находились под контролем Нави и откуда моему миру угрожала нешуточная опасность. Я не собирался геройствовать, мне главное надо было попытаться определить, что задумала Навь, почистить окрестности от её мелких порождений и постараться добраться до ворот, которые, по словам стража, уже размещены где то в ущелье. Буквально сразу же за воротами у меня стала болеть щека. Появился мой кхор. Мы не проехали и ста шагов, как боль стала нестерпимой. Я остановился, "натянул" тетиву на лук и стал ждать нападения. Боль не утихала, но ничего не происходило. — Убивай, — дал я команду кхору и тот тут же исчез. Я слез с Буланого и держа лук на готове потихоньку пошел по заросшей мощеной дороге. Периодически появлялся мой белый волк, требовал своей порции ласки и похвалы и исчезал. Боль почти затихла. Я неторопливо продвигался вперед. В голове раздался голос стража:- Брат, ты хорошо почистил окрестности, почти вся мелочь уничтожена, впереди нет ничего существенного до самых развалин первой заставы. — Спасибо брат, но я не буду торопиться, кхор ещё охотится и не насытился. — А он и не насытится никогда. Удачи брат. Связь прервалась.
Буланый неторопливо трусил по дороге. Изредка его подковы цокали по камням покрытия, но в основном она вся была покрыта опавшей листвой, мелкими ветками и засохшей травой, что пробивалась через щели между плитами. Было такое ощущение, что лето ещё здесь не наступило, а особенно тягостна была тишина. Ни пения птиц, ни шороха зверушек. Тишина угнетала и давила, а с другой стороны, подобраться ко мне незамеченным было невозможно. Любой звук разносился мгновенно. Кхор периодически возникал возле меня, тыкался носом в мой сапог, тогда мне приходилось слазить, гладить его и хвалить. Так неспешно мы приближались к первой цели своей вылазки — развалинам крепости первой заставы. Вечер застал нас, когда по моим подсчетам мы проехали две трети пути.
— Брат, мы решили остановиться здесь на ночлег, посмотри, все ли здесь спокойно? Ответ не заставил себя ждать. До развалин не далеко, но лучше переночевать на дороге. Нави, даже мелочи я не ощущаю, она вся сбежала дальше, к воротам и там кучкуется в стаи, но думаю, нападать побоится даже ночью. Ведь для твоего кхора ни дня ни ночи не существует. Если что то возникнет непредвиденное, я сообщу и разбужу. — Спасибо брат, тогда мы располагаемся на ночлег, а заодно и перекусим. Я накинул торбу с ячменем на голову Буланого, предварительно позволив ему напиться из ручья и занялся приготовлением места для ночлега и ужина. Недостатка в хворосте я не испытывал, но из чувства предосторожности костер решил развести небольшой и в корнях поваленного дерева. Со стороны крепости его наверное можно было увидеть, а вот со стороны Нави его видно не было. Буланого я привязал рядом с собой. Меч и лук были под рукой. Закутавшись в свою накидку я стал слушать звуки тишины. И незаметно заснул.
Среди ночи просыпался несколько раз, если это можно было назвать сном, так, дремал в пол глаза и в пол уха. Всякий раз видел свой кхор, который сидел у меня в ногах и смотрел в сторону выхода из ущелья. Что он там видел? С рассветом продолжили наше движение вперед. Здесь даже солнце светит как то по другому, не могу объяснить как, но не так как надо. Вот и все, что осталось от первой заставы. Нагромождение камней, остов башни. Многие каменные блоки оплавлены. Это какой же силы должен полыхать пожар, что даже камни потекли. Если я думал, что увижу кости или останки защитников крепости, то я ошибся. Время все превратило в пыль, а ветер разнес её по всему ущелью. Внимательно осматривая развалины, обратил внимание что один край башни сохранился лучше, чем другие. Подошел к нему и приложил руку к каменной поверхности и прочитал молитву всеблагому, что бы даровал вечный покой защитникам крепости. Внезапно на остатках стены высветилась надпись, которую я прочитать не смог. Разобрал только несколько слов: "там…стоят… не пройдет…" Больше ничего интересного на развалинах не обнаружил и не спеша потрусили мы дальше. Чем дальше от первой заставы, тем неуютнее я себя чувствовал. Мало того, что стояла мертвая тишина, так ещё и лес и все нас окружающее становилось не живым. Голые, без единого листика деревья, сухая пожухлая трава и так в течении всего пути.
