Все таки как хорошо лечь в чистую постель и укрыться нормальным одеялом, а не пропитанной дымом накидкой, положить голову на чистую подушку, а не на волчью безрукавку, с этими мыслями я заснул. Проснулся я от того, что меня обняли и стали ещё сонного целовать. В неровном свете единственного светильника я увидел леди Ярину. — Ну наконец то проснулся, а то я уже час тут лежу рядом с ним, мерзну, а он спит. — Ярина, ты отдаешь себе отчет в том, что делаешь? — Конечно, я просто хочу тебя отблагодарить за свое спасение, а так как у меня ничего ценного кроме своей девичьей чести нет, то я отдаю её тебе. И только попробуй отказаться, прирежу, — и с этими словами она достала из под подушки большой нож. — Ой, — нож выпал из её рук. — Что случилось? — Твой волк схватил меня за руку. — Какой волк? — Который только что был здесь, а потом растаял.
Час от часу не легче и эта видит моего белого волка, а это значит, следуя логике северного брата, она тоже предназначена. Я попробовал слабо сопротивляться неизбежному:- У меня уже есть две жены, которые вот, вот должны мне родить сыновей. Одна спрятана так, что даже я не знаю где она, вторая находится под опекой северного стража… — Ну вот, а я буду третьей, на востоке и если всеблагой даст мне сына, то восточный страж позаботиться обо мне. С женщиной спорить сложно, с обнаженной и красивой девушкой спорить невозможно.
Ночь пронеслась как одно мгновение. С рассветом Ярина ушла от меня. Утром на раннем завтраке я сказал Ягды, что его дочь ночью была у меня. — Это её выбор, я её не принуждал, хотя честно говоря и очень хочу, что бы она родила мне внука, белого воина. — Но ведь ей будет грозить опасность. — Не больше чем остальным. О её безопасности я сам позабочусь…
После завтрака в сопровождении небольшой группы мы выехали. Ближайшие две деревни были чистыми. В третьей навью оказался сельский пастушок, который чуть было не зарезал одного из служек, когда тот сунулся к нему, что бы скрутить. Пришлось заживлять ему рану на руке. Уже после обеда мы добрались до четвертой деревни. Я ничего не чувствовал до тех пор, пока мы не подъехали к реке. Там плескалась ребятня. Я остановил коня и засмотрелся на них, вспоминая свое босоногое и беззаботное детство. В отличии от нашей деревни, дети здесь купались одетыми, может взрослеют раньше, а может здесь не принято купаться голышом. Не сразу я и почувствовал, что моя щека болит. Боль то появляется, то исчезает. Скрытая Навь, среди детей. Я пригляделся. Из общей компании выделялась девчушка подросток, что была чуть повыше всех и с уже развитой грудью. Увидев, что я наблюдаю за ней, она ещё больше выпятила свою грудь и вызывающе уставилась на меня, и при этом как бы невзначай стала поднимать подол своего платья. Я был уверен, что под платьем ничего нет.
— Приведите мне её сюда, я указал на неё служкам. Ягды недоуменно посмотрел на меня, — Она же ещё почти ребенок, тебе, что моей дочери не хватает? Хотя это не мое дело. Я тяжело вздохнул:- Это Навь, скрытая Навь. Девчушка безбоязненно подошла ко мне. — Сними платье. — А монету, за так раздеваться не буду и делать ничего не дам, а вот за монету, — пожалуйста. Я кинул ей серебряную монету. Она обрадовалась, и ни чуть не стесняясь быстро скинула с себя платье. Подними руки в верх. Она подняла. Под левой рукой было чисто, Ягды сердито сплюнул под ноги своего коня. А я выхватил свой меч и одним ударом отсек девчушке голову. Ноги у неё подломились, из шеи фонтаном брызнула кровь и она упала. — Подними ей левую руку, — приказал я служке. Он послушно поднял, там подмышкой светился знак Нави — солнце рассеченное на полам. Ничего не говоря, я тронул шпорами свою лошадь. Скоро меня догнал Ягды. Через некоторое время он произнес:- Вот, наверное, ты и по этому весь седой. Это ж какую силу воли надо иметь, что бы убить ребенка. — Это не ребенок, это Навь. Мой голос стал тусклым и серым. Я говорил через силу, — И она одна может вырезать всю деревню. Я уже встречался с такой пятилетней. Двадцать семь человек, включая родителей, братьев и сестер. Она вырезала их после того, как я её пожалел и не зарубил.
Дальше мы ехали молча. Оставшиеся деревни решили навестить завтра. Солнце клонилось к закату и мы торопились, что бы до сумерек вернуться в усадьбу. Там нас ждал сытный обед и ужин, а меня ещё приятная ночь с Яриной. Опять наверное не высплюсь. Интересно, а она сможет за те три ночи, что мы проведем вместе, понести от меня ребенка?
