Ему дали уйти. Охотники все еще надеялись, что сиболеро ничего не слышал или, может быть, не догадался, в чем дело, и подъедет к пещере сам. Но этим надеждам не суждено было сбыться. Через секунду охотники заметили, что всадник повернул обратно и умчался прочь!
Дикие проклятия и брань огласили каменные своды.
Негодяи долго не могли успокоиться. Наконец они пришли в себя и выбрались из пещеры, ведя за собой лошадей.
Броситься немедленно в погоню не имело смысла. Прежде чем они достигнут равнины, сиболеро будет уже далеко.
Охотники долгое время неистово проклинали собаку, затем, успокоившись немного, принялись обсуждать создавшееся положение.
Пепе считал, что надо отложить преследование. Ночью трудно найти дорогу, по которой поехал беглец. Самое лучшее – подождать утра.
– Ты дурак, Пепе, – рассердился мулат. – Как? Выслеживать его днем, с риском, что нас кто-нибудь увидит? Да ведь это погубит все!
– А ты что придумал, Мануэль?
– Ты, вероятно, совсем забыл про гончую. Она-то разберется в следах, как днем, так и ночью, и приведет нас к самому сиболеро.
– Но ведь он уже, наверное, очень далеко. Мы не успеем догнать его сегодня ночью.
– Но уедет он далеко. Он ведь не знает, что у нас есть гончая. Черт! Его собака испортила все дело! Я знал, что так и будет! Каррамба!
– Не беспокойся, Мануэль, этот пес нам больше не помешает.
– Почему?
– Да ведь я ткнул его ножом! Бьюсь об заклад, что он уже издох где-нибудь в скалах.
– Хотел бы я, чтобы это было так. Если бы не эта дрянь, сиболеро был бы уже в наших руках! Но мы поймаем его до восхода солнца. Он не подозревает, что мы охотимся за ним, и не знает, что у нас есть гончая. Клянусь чем угодно: он погиб!
– Ты думаешь, что он сейчас где-нибудь поблизости, Мануэль?
– Уверен в этом. Куда ему деваться? Мы его скоро выследим. Только бы пса с ним не было, тогда мы его моментально скрутим.
– Ну, о собаке не может быть и речи. Она не прожила и десяти минут после того, как я подколол ее. Не заколдована же она, в самом деле! Ручаюсь чем угодно, что сиболеро будет один, без своего пса.
– Будем надеяться, дружище! Так или иначе, ехать нужно. Вперед!
С этими словами мулат вскочил в седло и двинулся по скалистому ущелью в сопровождении своего товарища и собак.
Приехав на место, где они в последний раз видели сиболеро, мулат спешился и, позвав гончую, пустил ее по следу. Собака молча побежала вперед. Охотник снова сел на коня и вместе с товарищем направился за собакой.
Следовать за ней было нетрудно: хотя луна скрылась и снова стало темно, светло-рыжая шерсть гончей отчетливо выделялась на фоне зеленой травы. Кругом не было ни дерева, ни кустика, да и бежала собака не очень быстро, хотя следы были еще совершенно свежи. Охотник приучил ее ночью выслеживать добычу медленно и не лаять, чтобы не выдать своего присутствия. Прошло не менее двух часов, пока они добрались до рощи, в которой скрылся сиболеро.
– Смотри, Пепе! – воскликнул мулат, указывая на нее товарищу. – Гончая бежит к лужайке. Сиболеро там! Нет никакого сомнения!
В пятистах ярдах от рощи, смутно вырисовывавшейся вдали, мулат позвал гончую обратно и приказал ей оставаться при нем. Охотник знал, что сиболеро находится где-нибудь поблизости. Они не нуждались больше в гончей. Теперь надо было действовать иначе.
Мулат стал объезжать рощу, держась все время на известном расстоянии от нее. Его товарищ и собаки молча следовали за ним.
Подъехав к проходу, разделявшему рощу на две части, они увидели яркое пламя, заставившее их остановиться. Оба вскрикнули от изумления: на лужайке был разведен большой костер!
– Видишь, Пепе, дружище! Что я тебе сказал! Он там и, вероятно, уже спит! А ты говорил, что ночью нам не выследить его! Он развел костер от холода и считает себя в безопасности. Я знаю эту лужайку. Удобное место: огонь виден только с двух сторон. Ага! Вот и его конь!
Коня, стоявшего недалеко от костра, теперь легко было заметить.
– Вот штука! – продолжал охотник. – Сиболеро глупее, чем я думал! Смотри, вон он лежит внизу.
И мулат показал на чью-то темную фигуру у костра. Это, очевидно, был спящий сиболеро.
– Это он! – сказал Пепе. – Уютно устроился у огонька! Действительно, какой дурак! Впрочем, как он мог думать, что мы найдем его в такую темную ночь?
– Молчи! Собаки здесь нет! Он наш! Тише, Пепе, за мной!
Мулат пришпорил лошадь, но не въехал прямо в рощу. Он спустился сначала к берегу реки. Оба двигались молча и гораздо быстрее, чем раньше.
Теперь они наконец поймают сиболеро! Местность была им хорошо знакома: они часто прятались здесь во время охоты на оленей.
Доехав до берега реки, оба слезли с лошадей и, привязав их, а также и собак к ивам, направились к роще.
