Вискарра и Робладо собирались с ним расправиться на особый лад, они решили пока его не трогать: так будет легче осуществить их план. Нанятые шпионы были не солдаты, а городские жители и бедные скотоводы; появление военных в этой части долины, куда они обычно не заходят, могло бы расстроить замысел Вискарры и Робладо. Но и солдаты были наготове, однако они держались поодаль от ранчо Карлоса, чтобы не спугнуть птицу и не помешать ей вернуться в свое гнездо. Что ж, все это было разумно и логично.
Итак, Робладо, сидел у себя дома и обдумывал, как поймать Карлоса. Стук в дверь прервал его размышления над какими-то бумагами. Это были донесения его шпионов, только что полученные в крепости и адресованные ему и коменданту.
– Кто там? – спросил он, прежде чем разрешить войти.
– Это я, капитан, – ответил резкий, визгливый голос.
Робладо, несомненно, узнал голос, так как крикнул:
– А, это ты? Входи!
Дверь отворилась, и в комнату вошел человек небольшого роста, смуглый, с плутоватым лицом куницы. У него была вертлявая, скользящая походка, и, несмотря на мундир, саблю и шпоры, вид у него был приниженный. В
словах его сквозило раболепие, и честь он отдавал офицеру раболепно. Именно таких и нанимают для подозрительных дел люди, подобные Вискарре и Робладо; и для этих целей он уже не раз им служил. Это был солдат Хосе.
– Ну, что скажешь? Ты видел Висенсу?
– Да, капитан. Я встретился с нею вчера вечером.
– Есть новости?
– Не знаю, новость ли это для капитана, только она сказала мне, что сеньорита отправила ее вчера домой.
– Ее?
– Да, капитан, белоголовую.
– Ага! Дальше!
– Вы ведь знаете, когда вы ушли, алькальд предложил ее любому, кто захочет взять. Так вот, вперед вышла одна девушка и сказала, что она ее знакомая. И еще была там женщина – мать этой девушки. Ее им сразу и отдали, и они увели ее в дом в зарослях за городом.
– Но она там не осталась. Я знаю, что она убралась оттуда, хотя еще не слышал подробностей. Как же это было?
– Так вот, капитан: только они вошли в дом, как подъехала повозка с возницей-тагносом, и девушка, дочка той женщины, Хосефа, забралась на повозку вместе с белоголовой, и они поехали. Но ни девушка, ни ее мать раньше не видели белоголовой. И как по-вашему, капитан: кто послал их и повозку?
– А что сказала Висенса?
– Их послала сеньорита, капитан.
– Ага! – воскликнул Робладо. – И Висенса уверена в этом?
– Это не все, капитан. Когда повозка тронулась, а может, чуть позже, сеньорита уехала из дому на своем коне.
Она закуталась в простое серапе и надела на голову сомбреро, будто какая-нибудь дочь скотовода. Такой костюм, по-моему, совсем не к лицу важной сеньорите. Она поскакала окольной дорогой. Но Висенса думает, что она свернула на большую дорогу, когда проехала мимо домов, и, наверно, догнала эту повозку. Времени у нее было достаточно.
Эти сведения, видимо, произвели большое впечатление на Робладо. Он помрачнел, нахмурился, глаза его блеснули
– казалось, какой-то новый план пришел ему на ум. Он помолчал, занятый собственными мыслями, потом спросил:
– Это все, Хосе?
– Все, капитан.
– Может быть, Висенса еще что-нибудь узнала. Повидай ее сегодня вечером опять. Скажи, чтобы не спускала глаз с сеньориты. Если ей удастся разведать, что они переписываются, я ей хорошо заплачу, да и тебя не забуду.
Узнай подробнее о той женщине и о ее дочери. Разыщи тагноса, который их возил. Не теряй времени, Хосе. Ступай!
Угодливый солдат раболепно поблагодарил, еще раз раболепно отдал честь и скрылся за дверью.
Как только он вышел, Робладо вскочил с места и взволнованно зашагал по комнате, разговаривая сам с собой:
– Черт возьми! Как же я об этом не подумал? Они переписываются. . Ну конечно! Дьяволы! Что за женщина!
Он наверняка уже все знает, если только он и сам не поверил, будто мы спасли его сестру от индейцев. Надо установить слежку за домом дона Амбросио. Может быть, это и будет та ловушка, в которую мы его поймаем? Любовь – более надежная приманка, чем братская привязанность. Ага, сеньорита! Если это правда, тогда у меня найдется козырь, какого вы никак не ждете. Я заставлю вас принять мои условия, не прибегая к помощи вашего глупого папаши!
Еще несколько минут Робладо обдумывал свои планы, мечтая о мести и победе, затем он вышел из комнаты и отправился к коменданту, чтобы передать ему сведения, которые только что получил от Хосе.
ГЛАВА XLII
Дом дона Амбросио де Крусес не был городским особняком. Он находился в предместье – вернее, на самой окраине города, примерно в восьмистах ярдах от площади.
Стоял он одиноко, на довольно большом расстоянии от других домов. Его не назовешь виллой или коттеджем – в
Мексике нет ни того, ни другого, ни даже чего-либо похожего. В этой стране на протяжении тысячи миль, от ее северной границы до южной, архитектура однообразна и однотипна. Небольшие дома, ранчо бедняков, различаются в зависимости от трех разных климатов – жаркого, умеренного и холодного, которые, в свою очередь, зависят от высоты местности. В жарких краях – иначе говоря, на побережье и в некоторых долинах в центре страны – ранчо –
