– Хорошо бы не понадобилась нам эта помощь, – проворчал Егор Гаврилович, но на всякий случай поставил номер Андрея на быстрый вызов.
Лесник задрал голову вверх и принялся считать звёзды. В детстве ему нравилось это занятие. Казалось, что он как старинный звездочёт может проникнуть во все их тайны и прочитать своё будущее. Потом выяснилось, что профессия предсказателя не актуальна в наши дни и наука эта туманная и не точная, так что он выбрал для себя другой путь и нисколько не жалел об этом. Тем паче, что и будучи лесником он каждый день сталкивался с невероятными, чудесными явлениями.
Ижевский опустил глаза. На дорожке перед ним стояло одно из таких чудесных и абсолютно невероятных явлений.
Музыканты старались во всю. Почтенная публика сходилась и съезжалась к дому Водяного начиная с восьми часов. Анчутки дули в трубы и гремели в литавры, приветствуя очередного гостя. Берегини подносили хлеб и соль и вели в покои, где накрыт был фуршет. Водяные духи из окрестных озёр дивились на новые обычаи в доме соседа, иностранцы приглашённые иронично улыбались и опускали глаза.
– Что мы делаем не так? – удивлялась Майя, – Отчего они все недовольны?
Подружки пожимали плечами и уходили встречать нового гостя. К одиннадцати почти все были в сборе. Начались танцы. Сначала полонез, потом вальс, а потом закружились, завертелись вперемешку кадрили и контрдансы, хороводы и плясовые. Майя не танцевала. Она ждала одну единственную гостью, а той всё не было.
– Вечер добрый, – сказала прекрасная дама, стоящая перед лесником на дорожке. – Вы должно быть Лесной Дед, Егор Ижевский. Мне про Вас Майорика рассказывала, когда училась у нас. Я – Мелюзина, патронесса и директор небольшого пансиона для юных водяниц на Чёрном море.
Она протянула руку для поцелуя и, когда он, не проявив галантности, остался стоять столбом, раздосадовано распахнула веер.
– Я бы хотела осмотреть окрестности. Вы не составите мне кампанию?
– Нет, простите, – наконец выдавил из себя Ижевский. – Сейчас никак не получится. Объект ночью не работает, здесь может быть небезопасно. Вам лучше вернуться к остальным гостям.
Изящные дуги бровей красавицы поползли вверх. Этот невежа ей перечит? Да как он смеет?
Они начали читать заклятие одновременно и магической дуэли было бы не избежать, если бы меж них на проскочила кошка. Белая, пушистая она выскочила из леса на тропинку и превратилась в виллу.
– Ах, простите я слегка опоздала. Егор Гаврилович, доброй ночи. Дорога к Вам просто ужасная, совсем не для пеших прогулок. – Бьянка отряхнула подол своего безупречно белого платья. – Вы представите меня Вашей гостье?
– Доброй ночи, Изабелла Львовна, это госпожа Мелюзина. Госпожа Мелюзина, это Изабелла Львовна. Она тоже курирует работу здешней школы.
– Доброй ночи, коллега, – сказали дамы хором и залились серебристым смехом, обмахиваясь веерами. Егор Гаврилович украдкой вытер вспотевшие ладони о штаны.
– Вы прекрасно выглядите, Изабелла.
– Бьянка, зовите меня Бьянка. Так проще. – Изабелла Львовна тряхнула кудряшками, уложенных в сложную причёску волос. – Я наслышана о Вашем заведении, мадам Мелюзина.
– Да что вы? – гостья неискренно удивилась. – Я думала, что про нас знают только подводные духи.
– Мы живём тут довольно тесно. И дружно, – Бьянка сделала шаг вперёд, вынуждая собеседницу сдвинуться с тропинки. – Водяной Дедушка рассказывал нам о Вас. Как кстати он? Вы уже виделись сегодня?
Мелюзина замялась, она надеялась выполнить просьбу Келли до того, как спустится в Омут. Ей всего-то и надо было найти в книгах плетёную закладку. Якуб был согласен получить её даже без книги, если таковую взять будет проблематично.
– Я хотела осмотреть этот дом и другие постройки, пока здесь не очень людно.
– Да тут и смотреть-то нечего, пара сараев и мельница. А в гостевом доме мы сегодня танцевать будем.
– И всё-таки мне интересно. Про этот сруб мне Майорика писала. Он, знаете ли, особенный.
– Егор Гаврилович, Вы позволите нам войти? – Изабелла Львовна мило улыбнулась и Ижевский приглашающе открыл дверь.
Щёлкнул выключатель, и перед Мелюзиной предстала знакомая убогая хижина. Всё в ней было таким же как в видении, но гораздо чище. Нет не всё. На столе разложены бухгалтерские книги и счета, в углу громадная мышеловка. Вещей Якуба Келли не наблюдалось.
«Ну да, дураки они тебе, чужое колдовское барахло без присмотра оставлять», – Мелюзина прошлась по комнате, потрогала пальчиком печку. Лесник явно топил здесь сегодня, да оно и понятно, здесь на севере ещё снег лежит. Гостья заглянула в запечек. Топнула ножкой в изящном башмачке по крышке погреба.
– Что там?
– В изначальном проекте был подпол. Решили не делать. Так что там ничего нет, – лесник расслабился немного. – Дом вообще очень простой и скромный. А вот столб к нему в придачу шёл затейливый. Но его уже тоже обнулили. Теперь только для красоты стоит.
Мелюзина присела и дёрнула крышку люка.
– Как интересно, – пропела она. В небольшой яме под крышкой лежала коробка с зельями и книгами.
