Я нашел и опубликовал в журнале «Огонек» показания Алексея Федоровича Акимова – доцента Московского архитектурного института. У Акимова было заслуженное революционное прошлое, с апреля 1918 года по июль 1919 года Алексей Акимов служил в охране Кремля – вначале охранял Я.М. Свердлова, а затем – В.И. Ленина.
В своих показаниях Акимов рассказывает, как 16 июля 1918 года он носил на телеграф телеграмму Ленина и Свердлова Уралсовету с решением о расстреле Царской Семьи.
Более того! В бывшем Центральном партийном архиве я нашел пустой конверт с надписью «Секретно Тов. Ленину из Екатеринбурга 12 часов дня». Хотя телеграммы внутри конверта не было, не трудно догадаться, о чем сообщал Уралсовет Ленину утром после расстрела Царской семьи.
На конверте осталась надпись: «Получил. Ленин».
Подвал дома Ипатьева в Екатеринбурге, где была расстреляна царская семья. ГА РФ
Другой якобинец, Троцкий, в своих дневниках объясняет якобинское решение Ленина. Он цитирует свой разговор со Свердловым (Троцкий тогда только что вернулся с фронта):
– …Где царь?
– Конечно, расстрелян.
– А семья где?
– И семья с ним.
– Все?
– Все. А что?
Теперь мечты Троцкого о процессе, за которым будет следить весь мир, пошли пра, ом!
– А кто решал? (Думаю, спросил яростно, ведь с ним даже не посоветовались!)
– Мы здесь решали. Ильич считал, что нельзя оставлять им живого знамени, особенно в нынешних трудных условиях.»
Но когда гнев прошел, Троцкий оценил это решение Ленина — его якобинскую суть.
«Казнь царской семьи была нужна не просто для того, чтобы напугать, ужаснуть, лишить надежды врага, но и для того, чтобы встряхнуть собственные ряды, показать, что впереди полная победа или полная гибель. Никакого другого решения массы рабочих и солдат не поняли бы и не приняли. Это Ленин хорошо чувствовал.»
Якобинец Ленин знал и о расстреле несостоявшегося царя – великого князя Михаила Александровича. «В нынешних трудных условиях» Михаил мог стать еще одним «живым знаменем».
Как опишет в своих показаниях один из убийц Великого Князя Андрей Марков, сразу после убийства он приехал в Москву. Ленин принял его, и он «рассказал Ильичу о событии»…
Великий князь Михаил Александрович
Якобинцы в Париже убили сестру короля набожную Елизавету. И большевики убили сестру царицы, Елизавету Федоровну, набожную основательницу Марфо-Мариинской обители. Вместе с нею погибли сыновья Великого Князя Константина Константиновича и сын Великого Князя Павла Александровича. Погиб и Великий Князь Сергей Михайлович…
Великая княгиня Елизавета Федоровна
Истребление Романовых завершилось в прежней столице Империи. Якобинцы символически казнили Людовика Шестнадцатого напротив дворца Тюильри – дворца королевской династии.
Последние четверо Великих Князей будут убиты так же символически – в Петропавловской крепости возле могил династии Романовых.
Великий князь Георгий Михайлович
Великий князь Павел Александрович
Великий князь Дмитрий Константинович
Великий князь Николай Михайлович
Параллельно с расстрелами наши якобинцы брали у французских уроки искусства.
Художник-революционер якобинец Давид написал знаменитую картину «Клятва в зале для игры в мяч» – со множеством портретов депутатов Национального собрания, героев начинавшейся Революции.
Подобный революционный заказ у нас осуществил художник Бродский. Как и якобинец Давид, он создал огромное полотно – «Заседание Второго конгресса Коминтерна». На картине также множество лиц – весь цвет партии и международного коммунистического движения…
Давиду не удалось выставить свое полотно. Пока он трудился, большинство его героев потеряли свои революционные головы на революционной гильотине.
Бродский оказался счастливее – он сумел выставить свою картину, правда, всего однажды.
Ибо вскоре с ее героями произошло то же самое, что с героями картины Давида. Только отправились они не на гильотину, а к лубянской стенке!..
Якобинец Давид отличился и в революционной монументальной пропаганде. На месте статуй прежнего режима он воздвиг статую Матери Природы. Гигантская женщина – Природа – сидела на постаменте, и из пышных её грудей лилась вода… Давид задумал и другую гигантскую статую – Народа-Суверена, но сделать не успел. Зато его статуя Свободы, заменившая низвергнутую статую Людовика Пятнадцатого, встала в Париже. Ее поставили очень близко к гильотине, чтобы статуя вместе с эшафотом символизировали нерушимый якобинский союз Террора и Свободы.
Исаак Бродский. Иван Репин. 1913 г.
Заседание Второго конгресса Коминтерна Исаак Бродский. 20-е гг.
Наши якобинцы и здесь шли в ногу с французскими.
