Он успешный адвокат и просто богатый мужчина, которому не везет с женщинами. Мать бросила, сестра обманула, жена изменила, а все девушки вокруг, видят в нем всего лишь наследника миллионов. Циничный, не доверяющий женщинам он сталкивается с необъяснимым. Честность, недюжинный ум, доброта, искренность, красота, гордость, целеустремленность. В ней сочетается не сочетаемое. Еще и отказала. Ему, к чьим ногам падают все!Содержит нецензурную брань.
– Вон!
Голос Антона Владимировича еще не затих, а очередная соискательница на место его секретарши уже не только вылетела из его кабинета, но и пронеслась мимо нас, на ходу поправляя ультра короткую юбочку.
– Восьмая, – шепнула Леночке, пряча свою улыбку.
– Уже десятая, – доверительно сообщила мне Леночка, стоящая за стойкой ресепшена. – Еще двух он выгнал когда ты убирала в зале совещаний.
– Судя по тому, как одеты оставшиеся, он выгонит и их, – молча посочувствовала мужчине, оглядывая наряды девиц.
Короткие юбочки, грудь на выкат, боевая раскраска под стать такому же боевому маникюру. Про высокие шпильки и ноги от ушей, вообще промолчу.
– Выгонит, – подтвердила Леночка, еще и головой качнула в знак согласия. – Третий день и ни одной нормальной кандидатуры. Сейчас с ними закончит и опять придет меня ругать.
Проводили с Леночкой, взглядами одиннадцатую соискательницу на роль личной секретутки Антона Владимировича. Та, замерев у двери, подтянула повыше и без того коротенькую юбочку, расстегнула дополнительную пуговичку на рубашечке, поправила руками внушительный бюст, причмокнула губами и походкой от бедра, скрылась в кабинете начальства.
– Прямо брачные танцы, – хихикнула Леночка.
– Как думаешь, сколько продержится? – обернулась к ней, в прошлые три раза она не ошиблась.
– Десять секунд, – уверенно заявила она. – Шесть из них уже прошли, – сверилась с наручными часами. – Четыре, три, два, один… Вылет! – Воскликнула Леночка, даже не стараясь быть тише.
– Вон! – задребезжали стекла от рыка начальника.
– Ты смотри как несется, – восхищенно цыкнула подруга. – Это ж целое искусство лететь с такой скоростью, да на таких каблуках.
– Пойду я, – толкнула я тележку с моющими средствами, тряпками, шваброй и ведром. – Мне еще три кабинета убирать.
– Погоди, – вцепилась Леночка в мою руку. – Эта сейчас скандал ему закатит.
– С чего сей вывод? – вернулась я к стойке.
– Она за это время уже со всеми перегрызлась, одной даже прическу проредила.
Обсуждаемая нами девица, намалевав губы яркой помадой, двинулась к дверям начальства. Повернула ручку, зашла, затворила за собой двери.
– Видишь, я же тебе говорила! – возбужденно потерла Леночка руки. – Даже брачные танцы у дверей не исполняла. Эта будет действовать более тонко, значит и задержится дольше остальных.
– Да что вы себе позволяете! – с визгом вылетела из кабинета девица.
Хотя, нет, не вылетела, выставили.
Антон Владимирович шел следом за крикуньей, крепко держа ее за локоть.
– Да я на вас в суд подам!
Антон Владимирович только хмыкнул на ее заявление и с невозмутимым лицом, потащил девицу к дверям, мимо обалдевшей охраны.
– Отчаянная, – покачала Леночка своей темной головкой. – Угрожать судом одному из самых известных адвокатов это ж надо до такого додуматься.
Не стала отвечать подруге, а тихо решила смыться от греха подальше. Сейчас вернется Антон Владимирович и не дай бог я попаду ему под горячую руку. Вмиг вылечу с работы.
Быстро шагая, докатила свою тележку до нужной мне двери и уже взявшись за ручку, услышала голос начальства. Очень недовольный голос.
– Вы, на выход, а ты, – последовала не долгая пауза и уже совсем другим тоном. – Леночка, проследите пожалуйста и будьте так добры, найдите мне наконец нормального помощника. В нормальной одежде и с желанием работать, а не вешаться мне на шею.
Дальше слушать не стала. Тихонько прикрыв двери принялась за работу.
С оставшимися тремя кабинетами, закончила быстро. Работа в принципе была, что говорится «Не пыльная». Таких «не пыльных» работ у меня было несколько. Правда и платили за них не много, но хоть что – то. А что поделать? Хочется жить нормально, как все люди. Одеваться, кушать, а в моем случае еще и учиться.
Да и куда мне нормальную работу, с нормальной заработной платой? Большую часть дня забирала учеба и только после нее я тратила свое свободное время на зарабатывание денег.
С грустью посмотрела на чистый и уже опустевший офис. Только из под двери кабинета Антона Владимировича пробивалась тусклая полоска света. И так уже четвертый день. Ума не приложу, когда мне наводить у него порядок. Сутра физически не успеваю, ибо занятия – это святое. Не по тому что я страшная заучка, а потому, что получение профессии это единственное что способно вытащить меня из той задницы в которой я нахожусь.
Сейчас же уже вечер и у меня нет совершенно никакого желания торчать тут до глубокой ночи. Кто знает этого трудоголика, может быть он и ночует на работе.
Надевая шапку и старенький, длинный пуховик, то и дело косилась на дверь с полоской света внизу. Три дня меня терзает один и тот же вопрос. Может стоит тихонечко постучать и поинтересоваться у Антона Владимировича не убрать ли мне его кабинет? Пусть сидит на здоровье в своем кресле, а я быстренько пронесусь по его хоромам электро-веником.
