За шумом воды я не сразу поняла, что Клим уже вернулся. Он остановился на проходе в кухню и стал наблюдать за мной. Я отвернулась и продолжила полоскать бокалы. Вдоль позвоночника стали пробегать небольшие волны наслаждения, потому что я чувствовала, как Клим скользил по мне взглядом и оценивал меня с мужской точки зрения.
Так и есть… Обернувшись, наткнулась на его улыбку, которая говорила сама за себя. Сейчас, моя дорогая, ты будешь моей. Не успела я так подумать, как он пересёк небольшую кухню двумя шагами и прижал меня сзади к мойке.
Я поставила бокал на сушку. И взяла следующий, намочила его под струйкой воды, а сама почувствовала, как он медленно расстёгивает мою молнию на джинсах. Сердце враз застучало сильнее, а вода стала обжигать мои руки. Я попыталась отстраниться, но он лишь воспользовался появившимся пространством и прижал свою тёплую ладонь к животу.
- Что забросила работу? Ещё один немытый остался, - и спустился ниже, выискивая нужные точки, чтобы на них надавить.
Из моих рук в раковину выпал бокал, и я откинула голову ему на плечо, прижавшись к его виску. Он зацепил зубами мою серёжку и слегка потянул её, а свободной рукой нажал на рычаг крана, чтобы закрыть воду.
- Что-то тебя ноги совсем не держат. Сейчас найдём точку опоры, - и, развернув меня, подхватил и усадил на рабочий стол.
Обхватил моё лицо своими ладонями и прильнул к губам, удобно устраиваясь между моими ногами. Волны наслаждения уже не казались мне маленькими, а захватывали всё тело, заставляя меня выгибаться. Затем он перехватил мои запястья над головой, переложил их в одну руку, а второй стал расстёгивать пуговицы у меня на рубашке, глядя мне в глаза.
- Я еле дотерпел сегодня. Я так ждал, когда же Юра уйдёт. А потом собака ещё в нагрузку, - прошептал он и вновь припал к моим губам, проводя одновременно по позвоночнику, как делал это ещё за столом.
- Люби и саночки возить, - смогла ответить ему.
- Я тебе сейчас покажу, как я умею саночки возить.
Ну, конечно, он сможет мне показать. Через его постель прошло много девушек. Он опытен, познал много сексуальных утех.
Ревность больно кольнула меня, но он вдруг заставил меня принять интересную позу, и я стала забывать и о бывших, и о неловкости, которая всё ещё преследовала меня. Это он успел многое опробовать, а я в таких экспериментах ещё не участвовала.
Клим ласкал меня, потом отстранялся, смотрел на мою реакцию и вновь налегал на мои прелести, как он сказал, с новым усилием. И так до тех пор, пока уже никакие силы не могли заставить нас отпрянуть друг от друга и остановить наши движения. Пока наше наслаждение не затмило наши мысли.
Я старалась дышать глубоко, чтобы восстановить дыхание. Краем глаза заметила, скорее, почувствовала, что под моей ладонью тает сахар. Я осмотрелась по сторонам. Клим прижался ко мне и также тяжело дышал. Внизу валялись осколки от сахарницы в окружении рассыпавшегося сахара-песка.
- Клим, - я взяла его за голову.
Он тут же отпрянул от моего плеча и потянулся к губам. Я замотала головой, а он стал сжимать меня.
- Я ещё не насладился тобой.
- Да подожди ты. Аккуратно, на полу осколки.
Теперь и он окинул взглядом пол.
- Сиди тут, не слазь.
- А где Юпитер?
- Я запер его в спальне, - улыбнулся он. – Чтобы не мешал нам. Где щётка?
Клим вытряхнул содержимое из совка в мусорное ведро и подхватил меня на руки.
- Давай в душ и в постельку.
Добравшись до постельки, мы не остановились на достигнутом на кухне. И только часа через два Клим впустил в спальню Юпитера. Он деловито походил по нам, покрутился и улёгся, как обычно, в ногах.
- Слушай, я же наводил справки о тебе. Ты продала квартиру тётушки по доверенности. Почему не сделала это сама? А когда ты вернулась из Франции? И почему не осталась там? Ты же собиралась там жить?
- Нет. Я никогда не собиралась уезжать навсегда.
Клим подтянул меня, чтобы я смогла лечь головой на его плечо. Он взял мою ладонь и нежно по тыльной стороне водил по ней пальцами.
- Только не нервничай. Сейчас всё хорошо. И теперь всегда всё будет хорошо. Я просто хочу знать, что с тобой происходило за это время.
- И я хочу знать. Про тебя.
- Я всё расскажу. Сначала ты.
Я вздохнула и продолжила.
- Ты же знаешь, как я любила свою Нату. Она мне стала моей второй мамой. Не знаю, как я тогда вообще пережила смерть мамы. Помню, что тётушка всегда была рядом.
- А ты не пыталась найти своего отца?
- Как-то дёрнули мы с ней за ниточки связи давние. Мне тогда лет двадцать было. Узнали, что у него давно есть семья. Он во Владивостоке живёт. Я так и не решилась позвонить ему. Он ведь практически сбежал, алиментов никогда не платил. А мама почему-то и не стала подавать его в розыск. Так зачем его трогать. Он ведь знал, что у него есть дочь.
- Ну и правильно, - он гладил мою ямочку возле ключицы. – Какая нежная твоя кожа. Ты продолжай. Я слушаю.
- В тот день…
