Новую книгу Алексей Исаев посвящает операциям на Берлинском направлении в январе – марте 1945-го и сражению за Берлин, начиная с Висло-Одерской операции. В результате быстрого продвижения на запад советские войска оказались в 60–70 км от Берлина. Однако за стремительным броском вперед последовала цепочка сражений на флангах 1-го Украинского и 1-го Белорусского фронтов. Только в середине апреля 1945 г. советские войска смогли начать Берлинскую операцию. Так почему Берлин не взяли в феврале 1945 г. и что происходило в Германии в феврале и марте 1945 г.?Перед вами новый взгляд на Берлинскую операцию как на сражение по окружению, в котором судьба немецкой столицы решалась путем разгрома немецкой 9-й армии в лесах к юго-востоку от Берлина. Также Алексей Исаев разбирает мифы о соревновании между двумя командующими фронтами – Жуковым и Коневым. Кто был инициатором этого «соревнования»? Как оно проходило и кто оказался победителем?
Автор выражает благодарность Д. Шеину, Н. Власову, П. Шиткину, И. Островскому, А. Томзову и К. Невенкину за неоценимую помощь в работе над этой книгой.
Глубоко ошибается тот, кто считает «белые пятна» только атрибутом истории поражений. В силу ряда причин «белые пятна» присутствуют во всех периодах Великой Отечественной войны. Можно даже сказать, что период поражений 1941–1942 гг. лучше освещен в сравнении со второй половиной войны в силу большего общественного интереса к нему. Различались, пожалуй, только причины появления пропусков и умолчаний. Если в период поражений стремились замалчивать некоторые из них, то в 1944–1945 гг. предметом умолчания стали упущенные возможности и местные успехи противника.
Удачные выпады противника, необходимость на лету менять планы и форму операций задают интригу хода боевых действий. Первые месяцы 1945 г. для Германии, так же как и лето 1941 г. для СССР не были скучным избиением младенцев. Фильм по сюжету бондаревского «Горячего снега», в сущности, можно снимать про любой период войны, в том числе про 1945 г. Марш батарей, подготовка позиций, тяжелый бой с перекатыванием немецких танков через позиции артиллеристов, полуокружение, неизвестность – все это могло быть не только в декабре 1942 г. под Сталинградом, но и в феврале 1945 г. под Арнсвальде или в апреле 1945 г. под Баутценом.
Многочисленные «белые пятна» также являлись следствием общего подхода к описанию истории войны. Нельзя сказать, что события 1945 г. были преданы забвению. Но в наследство от СССР нам досталась странная смесь военно-исторических исследований. С одной стороны, существовала политизированная историческая литература, замусоренная рассуждениями о роли партии. Авторы таких многотиражных работ часто уходили от истории к вульгарной пропаганде. Своими корнями этот вид исторической литературы уходит в пропагандистские статьи и очерки времен войны, призванные воодушевлять на подвиги и учить на примере героев. В частности, широко известная книга о Берлинской операции «Последний штурм» насыщена примерами подвигов, за которые в ходе этих боев давали звание Героя Советского Союза.
Не следует думать, что у нас был какой-то особый путь. Литература тактического эпизода имеет своих побратимов на Западе. Ее авторами двигало стремление показать войну глазами непосредственных участников событий. Однако такой подход требует репрезентативной выборки участников из самой гущи событий. Без скелета внятного общего описания сражения получается желе. Съезжание на тактические эпизоды бывает занимательно, но часто приводит к потере нити повествования о развитии событий и серьезным ошибкам. Например, в том же «Последнем штурме» совершенно беспомощно описаны резервы, введенные немцами против наступающих на Берлин войск 1-го Белорусского фронта. Эта беспомощность не есть следствие нехватки информации о противнике: вскоре после войны на научной конференции, посвященной битве за Берлин, бывший заместитель командующего фронтом В.Д. Соколовский безошибочно перечислил введенные в бой его оппонентом по ту сторону фронта резервы. Просто мешанина действий мелких подразделений не требует четкого знания группировки противника в динамике. Одним словом, из коротких штанишек описания войны как мозаики тактических эпизодов давно пора вырасти.
С другой стороны, в СССР существовали закрытые грифами «ДСП» и «Секретно» работы, ориентированные на подготовку будущих полководцев в училищах и академиях. Они во многом опережали время и по своей стилистике близки к новейшим исследованиям. Как правило, грифованные работы не были перегружены ролью партии и вполне внятно описывали развитие событий в тех или иных сражениях. Часто даже с нелицеприятными оценками принятых командирами и командующими решений. Этот вид исторических исследований также уходит своими корнями в военное время. Тогда с целью обмена опытом выпускались информационные бюллетени и сборники материалов по изучению опыта войны. Однако преимущественно учебные функции существенно снижали ценность этих книг как исторических работ. В первую очередь это касается практически полного забвения темы потерь. Данные о понесенных войсками потерях в грифованных работах, как правило, отсутствуют. Между тем понесенные потери являются важным критерием оценки интенсивности боевых действий, умения войск и правильности принятых командованием решений. Помимо освещения вопроса с потерями, необходимо без ханжества описать действия штрафных частей. Умолчание их действий привело к совершенно ненужному ореолу таинственности вокруг действий штрафников.